16
0Меня не покидало ощущение, что это он был в моей спальне и это он играл на скрипке! Но почему тогда Аскольд Коулман делал вид, что совершенно ни при чем?
— Я проезжал мимо и решил забрать письма, — ответил он, не сводя с меня взгляда. — Они не имеют особой важности.
— Сейчас я посмотрю, — я повернулась к нему спиной и принялась перебирать стопку писем, которые, видимо, привезли совсем недавно. — Да, есть несколько.
Он взял конверты, после чего вежливо, но все-таки с плохо скрытой насмешкой, произнес:
— Благодарю вас, увидимся на приеме, леди Браунинг. Всего доброго.
— До свидания, — я растянула губы в улыбке. Какие же эти лорды неприятные типы!
Аскольд покинул почту, а я отвернулась и, подражая его голосу, произнесла:
— Увидимся на приеме, леди Браунинг. На нем я тоже буду вести себя, как высокомерный павлин и размахивать своим хвостом из стороны в сторону! Ко-ко-ко! Ко-ко-ко!
— Мне казалось, что павлины издают немного другие звуки.
В этот момент мне показалось, что у меня отнимаются ноги. О-о-о нет… Почему не зазвенел колокольчик?! Видимо, лорд просто не успел закрыть за собой дверь, вернувшись обратно. Я медленно повернулась.
— Никогда бы не подумала… — это все, что мне удалось выдавить из себя. — Вы что-то забыли?
— Да, мне нужно отправить телеграмму, — Аскольд наблюдал за мной любопытным взглядом, но гнева в нем я не замечала.
— Хорошо. Давайте отправим, — словно ни в чем не бывало, я подошла к телеграфу. — Куда и кому вы хотите отправить телеграмму?
— Вы не могли бы мне дать лист бумаги? Я напишу текст, который нужно отправить, — лорд выглядел совершенно невозмутимым.
— Прошу вас, — я положила перед ним лист бумаги и карандаш.
Аскольд что-то быстро записал на нем, положил сверху деньги, которых хватило бы на десяток телеграмм, и пошел к выходу.
— Ваше первородство, а адрес и имя человека, которому предназначается сообщение? — удивленно окликнула я его. — Вы оставили слишком много денег!
— Город Глулорк, отделение почты на улице Роз. Леди Рене Браунинг. Сдачу оставьте себе, — ответил он, после чего за ним захлопнулась дверь.
Я схватила лист и прочла:
«При встрече павы не смотрят на красоту хвоста, а оценивают нижнюю часть самца. Предполагается, что по ней птицы определяют дееспособность партнера. И да, у самок оперение более тусклое и неприметное. Такая неброская окраска позволяет ей выполнять основную функцию, заключающуюся в высиживании яиц. Так что «ко-ко-ко» — это по вашей части, леди Браунинг».
У меня даже дыхание перехватило. Ах, ты… ах, ты… Но я рассмеялась, не в силах злиться на обидные намеки. А этот Аскольд умеет ответить! Главное, что он не стал выпячивать свое первородство, высказывать мне, что я не имею права так разговаривать с ним, и грозить всеми немыслимыми карами.
