16
0
— Вы просто зациклены на мифической свободе для женщин! И эти идеи опасны! — рявкнул он. — Я уже не знаю, что и думать!
— Чем опасны? Тем, что женщины восстанут против вашей диктатуры?! — не менее грозным тоном воскликнула я, топнув ногой. — Хватит тирании!
Коулман что-то рыкнул в ответ и, развернувшись, друг к другу спинами, мы зло разошлись в разные стороны. Вот и поговорили.
Глава 53
Не знаю, что там говорила Тонии бывшая содержанка, но всю обратную дорогу она молчала, глядя в окно. Возможно, женщина смогла достучаться до нее, затронуть какие-то чувствительные струны ее души. Дай Бог, чтобы так и было.
Лорд Коулман тоже молчал, но в его случае все было понятно: он злился на меня и даже не пытался этого скрывать. Ну и злись! Тоже мне, первородное величие!
Экипаж остановился возле почты, и мы с Тонией вышли из него, вежливо попрощавшись с Гериусом. Что-то, буркнув в ответ, он отвернулся, не удостоив нас даже взглядом. Какой гадкий характер!
— Силы небесные! Она здесь! Девочка нашлась! Мы спасены! — запричитала Тилли, увидев Тонию, но тут же ее лицо изменилось. На нем появилось гневное выражение, после чего женщина вдруг ударила ее тряпкой, которую сжимала в руке. — А это тебе за глупость! За то, что думаешь только о себе! За отца, за Жозефа!
Мне с трудом удалось оттащить повариху от сжавшейся в тугой узел девушки.
— Тилли, успокойся! Хватит! Ты ничего ей не докажешь. Если Тония захочет, то все равно сделает по-своему.
— Сделает она… — задыхаясь, прошептала женщина, вытирая слезы. — Уже наделала…
— Простите меня! — Тония вдруг упала перед нами на колени и обхватила наши ноги. — Пожалуйста! Я такая дура! Рене, тетушка Тилли, если хотите, можете бить меня тряпкой, хоть до самой ночи! Только не думайте обо мне плохо, я не переживу этого! Простите-е-е!
Она плакала навзрыд, мы завыли следом, и это могло продолжаться бесконечно, если бы не удивленный голос с насмешливыми нотками:
— Я прошу прощения, если отрываю вас от чего-то важного. Но мне нужен хоть кто-то не плачущий и более или менее вменяемый."
"Мы резко замолчали, поворачиваясь к двери. Это был Аскольд Коулман. Мужчина стоял у прилавка, положив на него руки, одна из которых подпирала его подбородок. Он смеялся над нами.
— Я слушаю вас, — мне оставалось только сделать деловое выражение лица, а голосу придать холодности. Наверное, это смотрелось странно в купе с красным носом и припухшими глазами, но выбора не было. Не прятаться же мне от него!
— О, леди Рене… Хозяйка почты… — протянул он, с интересом разглядывая меня. — Приветствую вас. Как ваши дела?
— Дела идут чудесно, я не жалуюсь. Так что вас привело к нам? — снова спросила я, чувствуя себя неловко в его обществе.
