6
0
Покосившись на нас, Элоранарр исследует перо с чёрной каймой.
– Мы добились обвинений в ненадлежащем исполнении своих обязанностей, злостном использовании Видящей только в целях собственной безопасности и прочей дури. В общем, ремонт Фламирам придётся делать в приёмном зале столичного дворца и отправлять дополнительный отряд на охрану Пат Турина. Отец пригрозил лишить Старую столицу особого статуса и обложить её налогами. Теперь Фламиры со своим заговором точно поторопятся, остаётся только следить внимательно и составлять список заговорщиков.
– Надеюсь, ваша провокация удалась, – мрачно отзывается Арен и стискивает зубы.
Всем телом ощущаю его бешеное желание впиться когтями и зубами во Фламиров, сравнять с землёй их великую цитадель, стереть из истории само упоминание их рода. А Элоранарр знай перья проверяет. Вдруг вскакивает:
– Вы их что, роняли?!
– Нет, – Арен делает честное лицо."
"– Но тут кончик погнут, – Элоранарр трясёт перед нами алым пером с розовыми прожилками. – Погнут! Как ты мог? А если бы я тебе цветы из других миров мятыми привозил или семена надгрызенными?
– Прости, не уследил, – кается Арен.
– Очень на это надеюсь, – хмурится Элоранарр и поглаживает перо. – Мои маленькие сокровища такие хрупкие, за ними нужен глаз да глаз.
– В следующий раз я буду предельно осторожен.
Недоверчиво поглядывая на него, Элоранарр продолжает ревизию сокровищ.
– Элоранарр, – зову я. – Как там у тебя Тордосы поживают, вы их кормите? Быт им обустроили? Нашли, куда их переселить?
– Халэнна надо спросить. Но он ими вроде занимался. Кажется, я даже подписывал какие-то бумаги на их счёт, но точно не помню.
Хотя бы Риэль из них двоих ответственная… Они бы хорошо дополнили друг друга.
Аккуратно завернув перья, он желает нам спокойной ночи и выпархивает в окно.
Арен провожает брата задумчивым взглядом.
– Что? – не понимаю я.
– Он дурак.
Моргнув, уточняю:
– О чём ты?
Отпустив меня, Арен подходит к окну и закрывает створки, отрезая сладкую мелодию лютни.
– Опять он спрятался от проблем и вместо того, чтобы включить голову и отыскать избранную, ворует перья. Будет их всю ночь чистить и место в витрине подбирать.
Он разворачивается ко мне. Свет магических светильников отражается в его задумчивых глазах.
– Что? – тихо повторяю я.
Подойдя, Арен сгребает меня в объятия, целует в макушку:
– Лера, теперь я твоя семья. Тебе вовсе не нужно бороться за признание Флосов.
Уткнувшись в обтянутую бархатом грудь, вдыхая родной аромат, я задумываюсь о его словах и отвечаю не сразу:
– Не могу сказать, что мне нужно признание Флосов, они… я их не знаю.
