Плохиш

В голове вертелась мысль и, как ни пыталась Влада ее прогнать, та неизменно возвращалась. И вот, снова.

— Что такое, Влада? – Марина Викторовна присела рядом, протянула стаканчик с кофе.

Влада приняла с благодарностью, сделал глоток и поморщилась: крепкий, горячий, то, что нужно.

— Мне нужен совет мудрой женщины. Вот, думаю, вы именно такая женщина. Не откажетесь?

Вообще, это был немного нечестный ход: Марине Викторовне всегда нравился ее статус особенной для этого коллектива женщины. И она буквально плавилась, когда что-то или кто-то подтверждали ее незаменимость и важность.

— Что-то с тем черноглазым красавцем? – предположила женщина.

— Нет, все хорошо. Стас улетел на неделю. И... в общем. Он оставил мне карту, и я вроде как должна ею воспользоваться. Не хочу его обидеть, но чувствую себя... странно. Одно дело – подарки, а тут...

С таким вопросом было бы хорошо обратиться к той женщине, которая должна знать свою дочь, как никто другой, но Влада и в страшном сне не могла представить, что спросит у матери что-то вроде: «Как думаешь, стоит ли пользоваться кредиткой Стаса?» Наверное, после такого вопроса ее предали бы анафеме, как грешницу. И официально отлучили от семьи Егоровых.

— Деточка, слушай, что тебе скажет старая женщина, сменившая так много мужчин, что мою жизнь можно легко описать одной поговоркой: есть что вспомнить – нечего рассказать внукам. – Марина Викторовна по-отечески похлопала ее по коленке, улыбнулась. – Никогда не мешай мужчине быть щедрым. Всегда принимай его подарки и никогда их не возвращай. Нормальному мужчине приятно делать жизнь своей женщины лучше, в конце концов, они от этого получают почти такое же удовольствие, как мы – тратя их деньги. Мой первый муж был скупым. У нас был целый список, по которому мне разрешалось покупать трусы и чулки лишь в определенный срок. И, знаешь, что? Я ему изменила с нашим светотехником: жутко худым и костлявым, с жидкими волосенками, но только за то, что он дарил мне гвоздики. Просто так.

Влада улыбнулась, мысленно представив эту картину. На душе стало легче. И немного грустно, что с такими вопросами приходится обращаться к посторонней женщине.

— Спасибо, Марина Викторовна. Вы просто кладезь мудрости, почти как Фаина Раневская, но красивее и моложе.

Женщина, как ни пыталась, не смогла спрятать довольную улыбку."

"Ну ладно, Онегин, чулки, значит? Будут тебе чулки. Но для начала – домой, душ и пару часов спать. Чтобы случайно не захрапеть в примерочной. И еще позвонить Вике, узнать про хорошего врача. Кажется, та давно была на противозачаточный и даже пару раз нахваливала своего специалиста.

— Ты с кем-то крепко влипла? – тут же спросила любопытная подруга.

— Да, я с кем-то в серьезных отношениях.