Озерные страсти

– Вот за это спасибо, – поблагодарил от души майор, – нам хоть не перепахивать всю тропу, и экспертам полегче будет. Сейчас все оцепим, пока их дожидаемся. У нас же только доктор из райцентра, а остальные только едут.

– Ладно, вы уж тут разберетесь, а мы пойдем. Нам вон Анне Александровне надо рану обработать.

– Не сильно задело? – с искренним беспокойством спросил Марков. – Давайте доктору покажем, вон он задержанного осматривает, – указал на склонившегося над лежавшим на земле преступником мужчину следователь.

– Аня? – спросил у девушки Северов, посмотрев на нее.

– А там сильно? – уточнила она.

– Да не так чтобы, просто глубокая царапина. Но доктор – это все же надежней, чем мои диагнозы.

– Нет, – отказалась Анюта. – Я сейчас врачебный осмотр не потяну. Давайте лучше мы сами.

– Ну сами так сами, – согласился с ее выбором Антон."

"И, попрощавшись с майором очередным ритуальным мужским пожатием рук, придерживая Анюту под руку, повел ее вперед по тропе к калитке.

– Слышь, Миш, – подошел к Маркову коллега, – а кто этот Северов?

– Подполковник инженерных войск, – ответил майор, провожая парочку взглядом.

– А на самом деле? – хмыкнул помощник следователя, напомнив: – Ты видел, как он этого ухаря упаковал? – и хохотнул саркастически: – «Инженер».

– А на самом деле не знаю я, и никто не знает, – разозлился Марков: – Что ты спрашиваешь, сам, что ли, не понимаешь: не наш с тобой уровень для такой информации, даже не нашего начальства и как бы и не начальства над начальством. Все, пошли работать, – и поворчал раздосадованно: – Спрашивает он тут, умник нашелся.

Стараясь быть максимально осторожным и нежным, Северов обрабатывал царапину девушки, находившуюся прямо под мочкой уха, проходя росчерком от скулы на край щеки, оказавшуюся при тщательном осмотре более глубокой, чем на первый взгляд в походных условиях. Хорошо хоть порез был чистым и оцарапавшая ее щепка не оставила в ране ни одной занозы.

– А ведь вы меня спасли! – нарушая процесс обработки, резко повернула голову и посмотрела на Северова изумленно Анюта, вот только сейчас осмыслив этот факт, и повторила немного восторженно: – Спасли ведь! И уже второй раз, там, у хутора, вы меня тоже спасли. А говорили, что никто никого не спасает, за редким исключением.

– Я вас не спасал, – мягким нажимом пальцев вернул он ее голову в прежнее положение, продолжив заниматься раной. – Я скорее, как тот известный герой из старого культового фильма, «норовил всегда прийти, когда разгар событий кончен», находя вас вышедшей из боя с телесными повреждениями разной степени тяжести.

– Нет, спасли, – настаивала на своем Анюта, – в этот раз уж точно, когда выдернули меня с велосипеда из-под третьей пули. Она ведь могла попасть в меня.