10
0В любом случае, вашу совместимость будет проверять комиссия…
Рычание, тихое, но вполне отчетливое и даже очень наглое, рождается в широкой груди моего дракона, как признак того, насколько ему все не нравится. Рождается и тут же пропадает.
Император, похоже, тоже уловивший это, с интересом ждет развития событий, не дождается и продолжает:
– Я не смогу в этот раз войти в состав… Наша с тобой, практически родственная связь… Сам понимаешь.
– Да, Ваше Величество.
– Ну и хорошо. Я уверен, что все подтвердится, это обычная формальность. Но на ней настаивают Зарнихи…
– Да, я понимаю, Ваше Величество и благодарен Вам за Вашу поддержку.
– Ну вот и хорошо, брат мой… А пока что баронесса может пожить в Зеленых покоях, здесь.
– Нет!
Рык, прозвучавший в полной тишине, отражается от стен и отправляется гулять по пустующим анфиладам дворца, придворные замирают, забыв жевать, а Император, откинувшись на спинку стула, с интересом щурится.
– А пойдем-ка, брат мой, прогуляемся до… оранжереи? Давно ты цветов не нюхал моих. У меня там новые сорта роз…
– Да, сейчас жену отправлю домой и я к Вашим услугам, Ваше Величество.
Холодные слова, у которых явно имеется двойное, а то и тройное дно, падают, подобно камням, и мне кажется, что сердце выскочит сейчас из груди.
Что-то происходит.
Что-то нехорошее…
А я не могу правильно оценить, что!
Зарнихи… Кто это?
И почему я так мало проучилась в Академии? У кого теперь спрашивать?
Очевидно, что Ассандр очень сильно напрягся при их упоминании. И еще очевидно, что он настолько не желает оставлять меня одну, что готов пойти против воли Императора. Прямо на глазах у узкого круга придворных, судя по всему, самых влиятельных людей в стране…
Ох, бабка Катаржина, почему у меня было так мало занятий по придворному этикету?"
"– Милый… – я опять округляю глазки, прикидываясь «прелесть, какой дурочкой», ласково кладу руку на предплечье Ассандра, – я прекрасно проведу время здесь, в такой чудной компании…
– Нет… Ты не понимаешь…
– Ассандр, – Император переводит взгляд с меня на дракона, подмигивает, не выказывая недовольства тем, что ему так нагло перечат, – мне кажется, твоя жена вполне способна побыть одна пятнадцать минут.
После этого он встает, следом за ним, по цепочке, поднимаются все остальные сидящие за столом, и, не оглядываясь, идет в сторону выхода.
Ассандр остается стоять рядом со мной.
И сейчас даже мне, глупой недоучке, становится понятным – минута промедления, и все будет плохо. Императору не отказывают, когда он приглашает нюхать розы.
С Императором не спорят при всех придворных, даже если ты – названный брат Императора.
