7
0Радуясь, что Армана не было в комнате, я спустилась и поняла, что было уже за полночь. Почему-то, проснувшись, я подумала, что на дворе вечер, и, только случайно взглянув на часы, поняла, что это не так. Дом спал, а свет горел лишь в холле.
– …не действуй сгоряча! Сейчас наделаешь делов, а потом будешь голову ломать над тем, как разгрести всё это! – раздался властный голос, заставивший меня замереть на месте.
– Не нужно учить меня жизни! Ты и так меня подставил этим делом! – недовольно прорычал мой муж.
– Ну, конечно, вали всё на меня! – хмыкнули в ответ, совершенно не впечатлившись запалом моего мужа.
Чертов Хайсам! Новый хозяин города, сменивший моего отца, и бывший напарник Армана! Что он тут делал?
Сама не понимая как, я приблизилась к приоткрытой двери кабинета и стала прислушиваться к их разговору."
"– Я просто советую тебе вытащить голову из задницы и признать, что мирного жителя из тебя не вышло. Это в нашей крови, признай и смирись уже.
– Говорю в последний раз: забудь об этом! Один раз я помог тебе, что вовсе не значит…
– Один раз? – обрывает мужа собеседник. – Ты здесь уже два месяца! И если мне не изменяет память, с моей просьбой ты справился за три недели.
Что? Значит, Арман врал мне, когда говорил, что дело не решено? Но зачем?
– Дикий зверь никогда не станет домашним котом! Пойми уже это! Мы никогда не отмоемся от этого, и наше прошлое рано или поздно настигнет тебя…
Постепенно смысл сказанного доходит до меня, и я цепенею, понимая, что друг Армана прав. Как бы муж ни пытался, он не сможет навсегда скрыть от меня свою натуру.
– Мы разберемся с этим позже. Сначала нужно решить, что делать с ее беременностью, – процедил Арман, заставив меня замереть на месте.
Хорошо, что я не успела отойти и пропустить эту информацию.
– А что с этим делать? Радоваться надо, ты отцом станешь. Так? – уточняет Хайсам, отчего у меня замирает сердце.
О ком он говорит?! Неужели…
– Не так, черт возьми! Моей жене нельзя рожать! Я ведь говорил тебе о ее проблемах! Если бы не мой идиот братец, я бы так и не узнал о ее беременности, – эмоционально говорит муж, пока я скатываюсь на пол, зажимая рот рукой.
Ребенок. Наш? Неужели я…
– Я дам ей таблетку, – прерывает мои размышления непримиримый тон мужа. – Одна пилюля решит эту проблему. Срок маленький, она просто решит, что пошли месячные….
Всё внутри холодеет от ужаса, и я уже не слышу его дальнейших слов. Рука в защитном жесте сама тянется к пока еще плоскому животу в желании отгородить его от жестоких слов.
С трудом нахожу в себе силы подняться и на ватных ногах бреду в сторону спальни, совершенно забыв о недавнем недомогании и жажде.
В состоянии полнейшего транса сворачиваюсь клубком на кровати и беспомощно плачу.
