3
0– Должен же быть еще и интерес, верно? Честно говоря, я устал от глупых приказов и однообразных заданий. Есть кое-что, что я хочу получить, когда вы свергнете Висхожева, – пытаясь скрыть, что последующие условия были для меня важнее денег, начал я.
– И что же это? – спросила она, сканируя меня взглядом.
– Его загородный дом, где он держит свою единственную дочь.
Я явно удивил ее своей просьбой.
– И всего-то?
– Дом вместе с его дочерью, – улыбнулся я.
– Ей шестнадцать, – сказала госпожа, скривившись от омерзения.
– И что? Разве я спрашивал про ее возраст? От тебя требуется только сказать: да или нет, – сжимая кулаки, ответил я. Было неприятно от того, что она там себе надумала.
– Да, – твердо ответила Кристина, соглашаясь и давая понять, что не так уж свята, как пыталась показаться.
Не держи я себя в руках, набросился бы на суку, решившую, что она может распоряжаться судьбой моей Очаровашки. Даже думать не хотелось о том, что на моем месте мог быть кто угодно, и мою девочку не моргнув глазом отдали бы какому-то уроду.
Потребовался год на то, чтобы воплотить в жизнь наш безумный план. Год, за который я как мог пытался сблизиться с Элой. Но чем больше я с ней виделся, тем отчужденнее она становилась. Я не мог понять, почему? Я ведь не делал ничего, что могло бы ее испугать, я просто хотел видеть ее, хоть раз услышать ее голос. Но девушка не отвечала, дрожа и сбегая, словно испуганная лань.
А когда я понял причину ее страха, чуть не спалил весь город. То чертово видео, где старый извращенец измывался над беззащитной девчонкой, до сих пор стоит перед глазами. Осознание того, что это случилось через пару месяцев после нашего знакомства, снедало меня изнутри. Почему я не почувствовал? Не остановил? Как я мог допустить подобное бесчеловечье?
Радовало лишь то, что, прежде чем отправить на тот свет, я заставил заплатить этого ублюдка за каждый крик Элы, за каждую унцию боли, причиненную ей.
Глава 5
Эла
Третья по счету ночь в новом доме прошла спокойнее, чем предыдущие. Я всего два раза подскочила, испугавшись, что ОН зашел ко мне. Даже то, что я подперла дверь стулом, чтобы, наверняка услышав грохот, проснуться раньше, чем он сможет беспрепятственно пройти, не успокаивало меня. Да и как это могло успокоить, если ничто не могло помешать Арману сделать со мной всё что заблагорассудится? Кто знает, что ему придет в голову и что он решит сделать в следующий момент?
Его показная доброта не обманула меня. Не просто так же он избегал меня эти дни. Явно давал время привыкнуть, даря ложное чувство безопасности, предоставив заботу обо мне своей сестре.
