Ненужная дочь (СИ)

«Сестрица» сама решила проверить свои владения? – грустные глаза Лео улыбнулись, и вокруг них я увидела лучики морщинок. Лицо его за это время порядком загорело. Теперь он выглядел чуть старше, чем когда я увидела его впервые.

— Мне показалось, что тебе нужна поддержка, Лео. Ты молчишь вот уже несколько дней, не шутишь, не рассказываешь о своей работе с тем вдохновением, от которого и у меня появляется желание бороться, - я присела рядом и старалась не смотреть на жующего Лео.

— Спасибо. Это блюдо даст мне сил трудиться до темноты.

Значит, я смогу вернуться затемно, - он засмеялся, как делал это раньше, но сейчас я слышала ниточку напряжения в его голосе.

— Я серьезно. Ты сказал, что будешь моим тылом. Вот и я хочу быть твоим тылом, Лео. Если между нами дружба, она должна быть взаимной: и помощь, и поддержка должны быть взаимными. Иначе грош цена такой дружбе, «братец». А мне со временем будет так стыдно за свое бессилие, что я не смогу принимать твою помощь.

— Ты не просто удивляешь меня, Виктория… Ты поразила меня с первых дней.

Я никогда не думал, что женщины могут так…. чувствовать настроение. Но это дело не под силу нам обоим. Это касается денег. Отцу не выплатят полной суммы, не дадут всего, на что он рассчитывал. И он планирует свернуть строительство. Тогда этот мост станет последним объектом моей работы. Да и ты… я подвел тебя…

— Что ты говоришь? Ты спас меня от тюрьмы, от неприятностей, в которые я попала бы с Оскаром, обязательно. Ты и сейчас бережешь мои чувства и мой покой, скрывая все.

Так значит… дело в деньгах?

— Не совсем, - Лео замялся и отставил миску. Вынул из кармана платок, вытер губы и руки, потом достал фляжку и сделал глоток. До меня донесся запах виски, которым он не особо баловался. Но иногда, в случае поздних расчётов с Уореном в кухне, он доставал эту фляжку и делал пару глотков. - Мой отец богат и может построить эти дороги за свой счет, не потеряв при этом основной суммы своего капитала. Но он не принадлежит к этому обществу. Его считают выскочкой, самоуверенным хамом, захватывающим все больше и больше дорогостоящих проектов.

— И ты не в силах что-то изменить? – поняв, что ни черта не пойму в хитросплетениях политики и экономики, я отступила.

— Ничего, Виктория. Пока нет точного срока, но нам, вероятно, придется сворачиваться. Лично для тебя я смогу тогда быть помощником и даже, наверное, компаньоном. Но тебе придется ехать на юг, где тебя точно не узнают.

— Нет. Не юг! Только не юг, Лео.