( Не )фиктивная жена для миллионера

Я летал в облаках. Всё сошлось. Старшие с обеих сторон были согласны. И вскоре мы поженились…

Я промолчала, поискав в его лице какие-то светлые эмоции, но тщетно. Я видела отвержение и сожаление. Я не торопила.

Михаил Александрович продолжил, рассматривая свои ладони, затем сжав их в кулаки:

— А через несколько лет я узнал об измене. Буквально. Я обнаружил Полину с членом моего дяди во рту.

Взглянул на меня. Я потянулась к его рукам, но застыла на полпути. Сейчас он был как оголённый нерв, задену и может насмерть электричеством прибить. Моему боссу нужно было выговориться.

— Мерзкий тип, — меня передёрнуло.

Михаил Александрович оставил мою ремарку без внимания, но во взгляде я увидела согласие с моими словами.

— Я хотел подать на развод, думал, что навсегда забуду эту связь, не приведшую ни к чему хорошему. Но стал замечать, что с Полиной творится что-то не то. Поведение, жесты, неадекватные разговоры. Затем от её матери я узнал, что по материнской линии девочкам в их семье передаётся опасное психическое заболевание. Лекарства не купировали приступы, лечение не помогало. Однажды я проснулся, а Полина занесла надо мной нож, ещё бы чуть-чуть…

— А дядя что же? — почему-то спросила я.

Скулы мужчины заострились настолько, что притронься я к ним сейчас, то обрезалась бы.

— Дядя бросил Полину, как только узнал о её болезни. И я бы тоже. Я бы тоже бросил. Она не любила меня. Ведь наверняка. Могла ли вообще любить? Во мне боролись два чувства: любовь к ней и ненависть из-за того, что она мне изменила, досада от того, что меня обманули, что всем было на меня плевать, все решали свои финансовые проблемы за мой счёт. Но отдавала ли отчёт моя жена в своей измене? Меня бы развели в два счёта. Тётя думает, что я разведён, — задумался, вскочил с кресла, походил немного по комнате, но затем вновь сел напротив меня, — меня спасала работа, но и тут произошёл коллапс. Компания, которую я создал и работе, которой отдавал тогда всё своё время, чтобы хоть как-то отвлечься, разорилась. У меня остались огромные долги… Деньги были и семьи Полины. Часть долгов покрыл дядя.

Акулов вновь замолчал.

— Не по доброте душевной ведь помог, — догадалась я.

Михаил кивнул.

— Потом я выяснил, что разорению способствовал дядя, поставщики были его.

Я охнула и прикрыла рот ладонью.

— Полину положили в больницу. Её мать очень хороший человек, но тоже не здорова… Я не мог бросить Полину.

Я озадаченно свела брови к переносице.

— Вы не дали себе шанса на другую жизнь…

— Теперь я это понимаю, но завяз по самую шею. Как в болоте. Если я начну бороться, то меня затянет с головой. Я привык. Пустил всё на самотёк. Жена — это даже удобно. Во всех случаях удобно. Пусть даже если это всего лишь строчка в паспорте.