4
0А мой учитель, насколько я знаю, дважды сражался с Алым Мечником.
Танигед, или как его звали на самом деле, кивнул.
– И дважды он не забирал моей жизни. Но я выплатил свой долг. И теперь мы, Хаджар Дархан, сойдемся в поединке.
– Я не убивал Императора Ласкана.
– Я знаю.
– Тогда почему ты хочешь биться?
Алый Мечник молча надел шлем на голову. Сквозь прорези полыхнули алым туманом глаза второго Великого Мечника.
– Чтобы моя легенда жила и после того, как я умру. Легенда об Алом Мечнике, который сражался за свою родину до самого её последнего часа.
“Все мы – лишь следы на песке” – прозвучали в голове слова Акены.
Хаджар, подвязав волосы, низко поклонился.
– Меня зовут Хаджар Дархан, для меня честь биться с тобой.
Солнце поднималось все выше.
Затем, поражая армии по обе стороны, так же низко поклонился и Алый Мечник
– Меня зовут Тан, – донеслось из-под забрала. – для меня честь биться с тобой, ученик моего друга.
А затем солнечные лучи коснулись вершины копья.
Глава 1120
Алая молния вспыхнула позади Тана. Зигзагом, не оставляя ни малейшего следа, он двигался прямо к противнику. Его движения чем-то напоминали технику Кровавой Охоты от калана Хищных Клинков.
Хаджар обнажил клинок. Искры небесных молний посыпались из ножен в ту секунду, когда Синий Клинок покинул свое пристанище. Дракон, созданный из энергий и мистерий, свился вокруг Хаджара. Он ощерился острыми чешуйками, каждая из которых сияла молниями и мистериями меча и ветра.
От одной лишь этой защиты над степями поднялся шторм, вырвавший колышки тысяч палаток. Благо в них, с самого рассвета, никого не было. Солдаты и легионеры с обеих сторон собрались чтобы воочию запечатлеть битву, которой было суждено остаться в легендах и песнях на многие века.
Они хотели сказать своим детям и внукам.
“Я был в тот день в Ласканских степях. Я держал штандарт. Я видел, как Алый Мечник бился с Безумным Генералом. И один из них должен был умереть, чтобы мы могли жить и рассказывать вам эту легенду”.
— Откуда взялся этот мальчишка… – протянул Урнул, стоящий на борту взмывшего в небо судна Ярости Смертного Неба. – Эта защита… она ничем не уступает по силе Оруна.
– Как бы эта манипуляция волей не была сильна, удар Алого Мечника она не останов… — Змеиный Глаз не успел договорить.
Он, вместе с остальными одиннадцатью Великими Героями использовал свои волю и мистерии чтобы закрыть армии и легионы Дарнаса от простого эха, вызванного столкновением двух могущественных сил.
Исполинский клинок Алого Мечника сверкнул темной кровью. Багряный покров протянулся полотном на многие километры к небу и еще больше – в ширь.
Хаджар чувствовал в нем глубину мистерий сразу нескольких королевств. Меча, крови, войны, скорости, молний, облаков и, наверное, травы.
