2
0Я серьезно, Тамик, – как-то вдруг очень тихо и печально произнесла Анюта, – она действительно любит Сашу. Страдает. Не ест ничего. Не улыбается. Похудела за несколько дней, будто год сидит на диете. Это ведь серьезно, любимый.
– Думаешь, не заметил? – мотнул головой Тахиров. – Анют, а вдруг он поиграется и бросит? Вдруг мы ошиблись? И Машка ошиблась?
– А если нет? – осторожно проговорила Анна, заглядывая мужу в глаза.
Тамерлан несколько долгих секунд смотрел в любимые глаза супруги. Он читал во взгляде беспокойство за дочь, надежду и любовь к нему и к их детям. Он и сам не находил себе места все эти дни, пусть и проявлял ослиное упрямство.
– Пока не проверим, не узнаем, так? – вздохнул Тамик, обнимая Анну крепче. – Кажется, мне нужно сделать один звонок.
– Кажется, ты немножко опоздал, – мягко усмехнулась Анна Михайловна и кивнула на массивные двери, ведущие в банкетный зал и распахнутые в настоящий момент.
– И кто у нас такой бесстрашный? Кому бы уши открутить? – беззлобно возмутился Тахиров.
Ответ чета Тахировых узнала моментально. К высокому и статному молодому мужчине тут же подошли виновники торжества – молодожены Баграт и Стефания.
Бага протянул руку гостю для крепкого приветственного пожатия, которое длилось несколько секунд.
– И когда это они успели подружиться? – фыркнул Тамерлан, глядя на то, как его сын беседует с Фальковским.
– Говорят, что Саша не сидел без дела. Предприимчивый молодой человек, между прочим, – подмигнула Анна Михайловна.
– Надо же, какой Сашенька хороший мальчик! – съехидничал Тахиров, но все же, повинуясь несильному тычку в плечо от жены, пошел к столику, за которым сидела младшая дочь.
Марьяша не теряла надежды побыстрее сбежать со свадьбы брата и подруги.
А ведь еще пару недель назад Марьяна прыгала от счастья, узнав о свадьбе брата. Теперь же девушку ничего не радовало.
А хуже всего было то, что отец отобрал у нее телефон. Любые звонки были под запретом. Впрочем, Маша и сама объявила бойкот отцу и его тирании.
Хотя, вечерами девушке все же удавалось тайком звонить с телефона Светы. Сестра проносила свой мобильник, так сказать, контрабандой.
Радовало лишь то, что Саша убеждал ее, будто бы пулевое ранение практически зажило, не болит и не доставляет неудобств. Угу, как же! Так она и поверила! Можно подумать, что за пару дней дырка в плече Саши зарастет.
Машка не могла простить отцу такого. Он ведь стрелял в ее любимого мужчину! Стрелял! Да, попал в мягкие ткани. Да, намеренно метился именно туда, куда был ранен Демид. Да и кровь почти сразу остановили, обработали, зашили.
