0
0
Я чувствовала только боль и ничего более. При этом не понимала, что меня терзает больше: душевные муки или физические. Один тиран сменился другим, и терпеть снова днями, неделями, годами будет только унижение, стыд, страх.
Я оказалась к этому не готова.
Лучше бы вздёрнул и всё.
– Ты там долго будешь изображать умирающую, княжна? У меня уже терпение на исходе. Я видел, как ты падала: там у тебя максимум ушиб от подлокотника твоего кресла и не более. Так что отомри, загони свою тьму и поднимайся уже.
Я не шевельнулась, хотя прекрасно расслышала его слова.
– Я сказал, хватит разыгрывать жертву, – рявкнул мужчина. – Ненавижу сырость на лице и женское притворство. Со мной такое не пройдёт!
Я не отреагировала на его слова. Мне было больно даже дышать.
– Ладно, тогда я сам тебя подниму. И не вздумай разводить истерику. Заставлю заткнуться, да так, что и слова больше промяукать не сможешь.
Он встал. Я отчётливо расслышала скрип пружин кресла. Распахнув глаза, увидела перед своим лицом тяжёлые грязные ботинки. Мужчина присел, откинул плед. что остался на моей пояснице и ногах, несмотря на падение, и прикоснулся к спине.
Я не сдержала стон, когда он чуть надавил на рану."
"– А вот это уже нехорошо, – в голосе мужчины зазвенела тревога. Его руки быстро прошлись по моему телу. Он словно искал ещё повреждения. – Где ещё болит? Ну. отвечай, – шепнул он над самым моим ухом и попытался приподнять.
Я закричала от боли. И в этот момент ощутила, как нечто пробирается через мою кожу и поглощает тьму, оставляя меня без защиты.
– Каратель, – пробормотала я, поняв, что этот мужчина непросто одарённый – он тёмный. Тот, кто способен пожирать чужую магию.
– Не бойся, княжна, не обижу больше, – шептал мужчина, поглаживая меня по голове. – Глупенькая, что же ты молчала. Никто тебя не тронет. Ты почему не сказала, что это не притворство. Что за глупая гордость.
Гер попытался повернуть меня набок, но я дёрнулась и застонала. Из глаз брызнули непрошенные слёзы.
– Риган, – крик северянина оглушил, – целителя сюда. Быстро!
Кто-то заскочил в комнату. Вокруг поднялась суета. Обрывки фраз, но всё, что я видела – это грязные носки мужских сапог. Всё моё сознание сосредоточилось на травинке, что прибило слоем глины на подошву. Я не могла понять, что это за растение. Моё тело и разум разрывались от боли, а я гадала, что же это за цветочек такой.
Меня всё-таки перевернули на спину, и теперь я видела лицо своего нового мучителя. На его лбу появилась морщинка. Меня разглядывали тёплые карие очи, обрамлённые густыми чёрными ресницами, словно ему кто глаза угольком подвёл.
Красивый снаружи, но такой злой внутри.
– Болит? – тихо спросил он.
– Ненавижу! – слово само вырвалось из моих уст.
