Грешник

– Именно таких отношений я хочу между нами, пока все не закончится, – продолжает Зенни, не подозревая о безудержном счастье, разливающемся по моим венам. – Я хочу испытать, что на самом деле могла бы чувствовать твоя женщина.

– У меня никогда не было женщины, которую я называл бы своей, – тихо признаюсь я. – Ты первая.

– Серьезно? – Она старается скрыть улыбку при этих словах.

– Многое, на что я с тобой иду, в новинку даже для меня, Зенни. – И я говорю серьезно. Возможно, я перепробовал в постели почти все что только можно, но никогда не делал этого с женщиной, которая действительно была мне небезразлична. Женщина, которую я мог бы считать своей.

– Давай начнем прямо сейчас, – говорит Зенни, распрямляя плечи и отодвигая свою тарелку. – Скажем, я твоя девушка. Что бы ты сделал?

Я тоже выпрямляюсь.

– Прежде всего, ты должна знать, что я в любой момент перестану командовать. Просто скажи слово.

– Слово «мудак» подойдет?

– Да, – улыбаюсь я.

– Договорились. – Она слегка ерзает на месте, как кошка, ожидающая, когда по полу потянется веревочка. – Шон, серьезно. Я начинаю подумывать, что ты блефуешь.

– Я не блефую, милая. Именно поэтому я так успешен в бизнесе. – Делаю вдох, потому что для меня в новинку позволять своей естественной склонности к контролю выплескиваться не в семейные в отношения. Но мне нравятся эти ощущения, и какое же это наслаждение – позволить своему желанию, с которым я боролся с самого благотворительного вечера, исполниться и наконец проявить заботу о Зенни всеми возможными способами. Конечно, с Зенни оно принимает совсем иную форму, чем обычно с семьей: вожделение, влечение и стремление защитить переплетаются, выливаясь во что-то новое. Такого я никогда раньше не чувствовал.

– Для начала я хочу, чтобы ты доела то, что у тебя на тарелке. – Зенни хмурится: очевидно, она не ожидала, что я скажу что-то настолько обыденное.

– Зенни, доедай свой ужин. Я не буду больше повторять.

Прищурившись, Зенни берет вилку и начинает есть.

– Уже хочется назвать меня мудаком?

– Пока нет. – Она проглатывает кусок пирога.

Я улыбаюсь.

– Хорошо. Сними свою футболку.

– Что? – Ее вилка со звонким стуком падает на тарелку."

"– Ты слышала меня, – вкрадчиво произношу я. – Я хочу видеть тебя, пока ты ешь. Хочу узнать, какого цвета твой лифчик, увидеть форму твоих маленьких сосков, когда они заострятся от холода и желания снова оказаться в плену моих теплых губ.

Она опять сглатывает, и на этот раз не потому что ест.

– Господи, – шепчет Зенни, и я не могу сказать, злится она или молится. В любом случае это не имеет значения. Она быстро стягивает с себя футболку и отбрасывает ее за спину.

Я одобрительно хмыкаю, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть.