0
0Артем решил сбить цену:
– Давай я тебе тридцатник пришлю, только я должен быть уверен, что ты не туфту гонишь.
– Пятьдесят тысяч.
– Договорились.
– Давай бабло."
"– Я при себе столько налички не ношу. На банковской карте имеются. Поэтому надо мне к банкомату подъехать. Только я должен быть уверен, что ты мне реально важную информацию сдашь.
– Я могу тебе сейчас намекнуть, кто нас тогда подбил с Подгребцовым разобраться. На суде я не говорил. И вообще никому не говорил.
– Ну, и?
– Э, нет. Задаток давай. Десять тысяч.
– Такая сумма у меня с собой есть.
– Ты не местный, все равно здешнего народа не знаешь.
– Неважно. Сегодня не знаю, а завтра познакомлюсь. Ты скажи.
Молодой человек достал из бумажника две красивые красные купюры – пятитысячные, повертел перед лицом хозяина. Однако когда тот потянулся к ним, ловким движением спрятал их за спину.
– Назови имя, тогда получишь.
Артем ожидал, кого угодно: того дельца, о котором ему говорила журналистка и который теперь занимает важный пост краевого начальника – Егора Голышина; подозревал он почему-то и нынешнего мэра, однако пьянчуга сказал:
– Мне Казюкевич, мой подельник, вкручивал, что надоумил его с Подгребцовыми разобраться Свиргун.
– Брат?! Наследник?!
И тут в квартире произошло неожиданное явление.
Замка здесь не было – да и зачем, от кого, при царящей внутри бедности? Любой мог войти, кто хочет. И тут вдруг входная дверь распахнулась и на пороге возник человек, которого Артем не рассчитывал здесь увидеть – тот самый, чье имя только что, минутой назад, было произнесено! Тот, кто вчера разговаривал с ним чрезвычайно сухо, сквозь зубы, кто не впустил его в свой дом – иными словами, то был Свиргун.
Он удивленно воззрился на Артема и, безо всякого сомнения, узнал своего вчерашнего визитера.
– Что это ты тут вынюхиваешь? – набычась, спросил он у него.
– Да что тут можно вынюхать! – почти весело воскликнул молодой человек.
А хозяин от явления второго незваного гостя явственно испугался. Растерянность разлилась по его лицу. Действительно, это выглядело чудом: только что алканавт чуть его не сдал – да что там «чуть», натурально сдал, – и вот он возникает на пороге! Кудряшов тоже оказался обескуражен и, чтобы скрыть замешательство, воскликнул:
– Вот вы и сами ко мне пришли! Вы друзья с товарищем Сопелиным, оказывается? С каких, интересно, пор?
– Не твоего ума дело! – прорычал мужик.
