Девушка не нашего круга

Не останавливаясь, подъехал к самому боксу, внутри которого ждал покупателя наш гражданин Утяцкий. Из джипа, с переднего пассажирского сиденья, выгрузился внушительный кавказец. Из задней двери вышел второй. Оба нырнули внутрь гаража.

Еще один объект остался сидеть в машине – шофер. Движок заглушил.

Наш сотрудник, второго дня тайно посещавший «гнездо», замаскировал там камеру скрытого наблюдения. Благодаря ей мы теперь видели и слышали, что происходит внутри.

– Ну, показывай свои «яблочки», – приказал кавказец.

– Смотри, – Утяцкий указал на джип, – хорошая тачка, всего пятьдесят тысяч пробег, наверное трехлетка.

– Скока хочешь за нее?

– Тридцать.

– Нет. Восемнадцать.

– Но, Магомет, я без штанов останусь, сам знаешь. Своим людям я должен заплатить? Я им больше дал, чем восемнадцать, всем святым клянусь, в убытке останусь.

– Ладно. Двадцать.

– Хотя бы двадцать семь дай, Магомет, очень тебя прошу.

– Ладно. Двадцать две.

– Без ножа режешь! Но по рукам.

– Давай, расплатись. – Короткий кивок в сторону сопровождающего, который тем временем придирчиво, с фонариком, осматривал авто. Нашел вмятину на крыле, что-то гортанно доложил главному на своем языке.

– Битая она у тебя. Еще тысячу снимаю.

– Побойся бога, я эту вмятину тебе за сто зеленых отрихтую!

– Некогда, чтобы ты мне тут рихтовал. Так и быть, Исмаил, выдай ему двадцать одну и пятьсот.

Исмаил беспрекословно открыл борсетку и вытащил оттуда стопку долларов. Характерно, что он не пересчитывал их – или определял количество банкнот на глаз, или кавказцы заранее знали, какую сумму заплатят за «яблочки», и подготовили купюры.

– Работаем, – коротко скомандовал по рации руководитель нашей операции.

"Наш микроавтобус лихо влетел на территорию гаражей, тормознул у бандитского «Гелендвагена». Выскочили «тяжелые». Тут же выволокли из-за руля шофера, уложили носом в землю, закрутили руки.

Те, кто совершал сделку, закрылись в гараже.

Взвизгнула циркулярка, металлическая щеколда отвалилась, одну половинку ворот собровцы стали потихоньку приоткрывать. И тут изнутри раздались выстрелы. Не выдержали нервы у кавказцев. Стреляли из двух пистолетов. Наш длинноволосый злодей, барыга Утяцкий, в панике упал на пол, прикрыл голову руками и отполз за верстак.

Собровцы забросили внутрь, одну за другой, две свето-шумовые гранаты. Бахнуло знатно – и на экране, и в реале. Объектив камеры заволокло. Разрывы больно ударили по ушам – даже меня, сидящего в автобусе. Изо всех щелей бокса повалил дым. А потом настежь распахнулись ворота, и собровцы выволокли на вольный ночной воздух трех мужчин. Глаза у тех были выпучены, и вид они имели чрезвычайно ошарашенный. Да, кто испытал на себе свето-шумовую гранату, вовек этого не забудет.