3
0
Через несколько минут тип с парковки выходит на моем этаже и крутится на лестничной клетке, вызывая у меня нехорошие подозрения.
Бросаюсь на кухню, хватаю первый попавший нож и прячусь в ванной. Смотрю на свое отражение в зеркале и осознаю, что я этому бугаю ничего не сделаю. Мне просто нечего противопоставить его габаритам.
Меня пробивает холодный пот, еще свежи воспоминания, как меня держали дружки Комолова.
Дрожащей рукой опять достаю мобильник из заднего кармана шорт.
– Макс? – шепчу я в трубку.
– Что случилось? – голос у него напряженный, и от этого моя тревожность только возрастает.
– Во дворе какие-то типы устроили засаду, и один из них сейчас трется у меня под дверью.
– Не волнуйся, Карина, – выдыхает он. – Это мои люди, но мне очень приятно, что ты все же мне позвонила…
Что? Идиот!
– А меня предупредить тебе религия не позволила? – у меня от возмущения толко что пар из ноздрей не идет. – Я чуть с ума не сошла от страха!
Вытираю испарину с лица, снова бросаю взгляд в зеркало, и от увиденного у меня вырывается испуганный крик.
Глава 35. Когда терапия нужна обоим
– Карина! – из трубки раздается оглушающий вопль и какой-то грохот.
Но я уже замолкаю, осознав, что испугалась я напрасно.
Просто кто-то довел меня до паранойи, и нервы мои уже ни к черту.
Раньше я не принимала черный банный халат, висящий на двери, за нападающего.
– Карина, не молчи!
– Все в порядке, ложная тревога, – отчитываюсь я, разглядывая в зеркале кровь на шее.
Решив вытереть испарину, я автоматическим жестом заправила волосы за ухо, забыв, что в этой руке у меня зажат нож. Острие было направлено вниз, и я чиркнула им себе по шее, когда дернулась, испугавшись собственного халата.
Повезло, рана не глубокая и даже почти не кровоточит.
– Что случилось? – на том конце провода настойчиво требуют объяснений.
– Шею порезала, – отвечаю я, не задумываясь, как это звучит.
– Что? – ревет Макс и чем-то опять громыхает. – Ты что там вытворяешь?
– Бреюсь я, неужели непонятно? – ворчу я, рассматривая царапину у основания шеи.
– Дура! – слышу я слова теплой поддержки одновременно со звонком в дверь.
– Это вообще все твоя вина! – возмущаюсь я.
– Впусти меня, идиотка! – колотит он в дверь уже кулаком.
Придется открыть, а то сейчас всех соседей на уши поставит.
Плетусь в прихожую, после адреналинового всплеска, наступает откат, и меня накрывает пофигизм.
– Я чуть от страха не умерла, когда увидела под дверью этого типа, – высказываю я Лютаеву, который сразу же вцепляется в меня и вертит под лампочкой, чтобы оценить серьезность повреждений. – Я не знаю, что ты имел в виду под мерами, которые мне не понравятся, но мне и эти тоже не подходят.
– Ничего потерпишь, – отрезает Макс. – Но упрек учел. В следующий раз предупрежу.
