Завожу кофеварку и начинаю строгать бутерброды. Не знаю, будет ли их Макс, но я наконец почувствовала голод. Все-таки кроме бутылочки йогурта я со вчерашнего дня ничего не ела. И вроде бы только что лицезрела мерзкое зрелище, но в присутствии Лютаева мне спокойнее, и организм, отодвигая панику, вспоминает про нужды насущные. Например, про пищу.
– Следак не соврал, позавчера ночью действительно напали на Сапегина, и дело по факту заведено. Сапегин – известный трудоголик. То, что он задерживается на работе до самого закрытия центра, знают все, кому это хоть сколько-нибудь интересно.
– Хороша охрана, – фыркаю я, ставя чашку и тарелку перед Лютаевым.
Да уж, это тебе не фильмы про телохранителей.
– Когда Сапегин уже сел в машину, на пустой парковке, откуда ни возьмись, выскочила девица и начала вредительствовать, чем и выманила его наружу.
– Погоди, – озадачилась я. – Если парковка была пустая, откуда взялись свидетели?
Макс, демонстративно отпивая из чашки, закатывает глаза.
– Будет чудно, Карина, если ты дашь мне сначала все рассказать, а вопросы задашь уже потом, если они у тебя останутся.
Запихиваю в рот бутерброд и усаживаюсь напротив.
– В общем, скорую вызывала уже охрана, нападавших, что удивительно, им задержать не удалось. И когда полиция приехала, ни о каком найденном пропуске речи не шло. Твой пропуск всплыл вчера вечером совершенно неожиданно. Один их охранников Сапегина вдруг про него «вспомнил», вот так и появилась на свет эта улика.
– Но я никак не могла потерять его возле «Парижа»! Это бред!
– А этот самый охранник, опять же совершенно внезапно, после дачи показаний угодил в больницу. Ничего серьезного, травма челюсти. Говорить пока не может. Что веселее всего, у Сапегина он работает недавно, может, месяца два-три. А до этого работал у Ярослава Каплина.
Я знаю только одного Ярослава, и, сдается мне, его фамилия именно Каплин.
– И что ты об этом думаешь?
– Я думаю, что нападение на Каплина само по себе, а тебя в это решили впутать уже мимоходом, раз выдалась такая возможность.
– Мне уже можно задавать вопросы?
Получаю царственный кивок в ответ.
– Что мне делать?
Макс держит паузу, доедая колбасу с бутерброда.
– Думаю, если полиция не получила разнарядку закрыть глаза на нестыковки, то разберутся так или иначе, но это долго. Я помогу ускорить процесс. Только вот история с крысой мне не нравится.
Я вздрагиваю.









