Чеченец. На разрыв (СИ)

Были мгновения, когда мне становилось все равно, а были моменты когда от ужаса и паники бросало в холодный пот и перехватывало дыхание.

На утро Марат, уже сдерживая свои эмоции, отвез меня к врачу. Всю дорогу я сидела молча, ощущая взгляды прохожих сквозь стекла машины, как будто они могли видеть мою боль и страх. Могли видеть грязь внутри меня, могли понимать, что я ношу в себе проросшее семя проклятого насильника.

- Ничего не рассказываешь. Не спрашиваешь, поняла? Попробуй только сказать, что он не мой! Я тебе голову оторву! Нас здесь все знают! Поняла?

- Поняла… я не дура.

- Правда? Ты… - он осекся и отвернулся от меня, вцепившись в руль обеими руками, его челюсти были сжаты, а на скулах играли желваки. Прием у врача был наполнен напряжением. Врач внимательно осмотрел меня, задавал вопросы, которые казались бесконечными. Он собрал мой анамнез, включая мою предыдущую потерю ребенка, что было для меня крайне болезненной темой. После долгих минут молчания, врач, наконец, высказал свое заключение. - Учитывая ваш прошлый опыт и потерю ребенка, если сделать аборт, то детей у вас больше никогда не будет, – его слова прозвучали как приговор. Я чувствовала, как в моей груди сжимается сердце, а в ушах стоял непрекращающийся звон. Марат стоял рядом, но в тот момент он казался мне далеким, как будто мы находились в разных мирах. Я пыталась сдержать слезы, которые наворачивались на глаза, и на мгновение мне показалось, что я чувствую его руку на своем плече, словно попытку поддержки. Но когда я обернулась, его лицо было непроницаемым. Он и не думал меня поддерживать. Он с трудом держал себя в руках. Выйдя из кабинета врача, мы оба молчали. В машине, возвращаясь домой, я смотрела в окно, стараясь сосредоточиться на пролетающем мимо пейзаже, чтобы хоть как-то отвлечься от бури эмоций внутри. С каждой минутой мне становилось всё тяжелее дышать от осознания, что выбор, который мне предстоит сделать, изменит всю мою жизнь.

Между нами царила мертвая, черная, тяжелая, как свинец тишина. Марат казался замкнутым в себе, словно боролся со своими мыслями. Я чувствовала, как накапливающаяся боль и разочарование заставляют меня сжиматься изнутри. Его решение оставалось неизменным – аборт.

Он сказал об этом врачу, а тот не задавал вопросы, выписал направление на анализы, на УЗИ. Сказал, что надо все проверить и потом назначить дату аборта. Внезапно Марат нарушил молчание, слова вырвались из него сухо и бесстрастно:

- Я все равно спать с тобой не буду и детей от тебя не хочу."

"Эти слова поразили меня, словно удар ножом. Такой резкий, прямо в грудь, в самое сердце, кромсая его на куски. Мне было больно не только от мысли об аборте, но и от осознания того, как легко он отрицает любую связь между нами, даже потенциальную.