Мерзавец

— Снова в трусиках, — укоризненно произношу я и отпускаю Анну на диван. Встаю рядом, начиная расстёгивать джинсы.

— Матвей, — кусает губы, наблюдая, как я стягиваю джинсы. — Соседка у меня не очень в себе, она может вызвать полицию еще раз.

— Патруль на районе обычно один, они не приедут. А если даже так… Оплатим ложный вызов, — подмигиваю ей. Встаю коленями на диван, снова цепляю ее трусики. — Рвать их, что ли, чтобы ты прекратила одеваться, — наигранно рычу, откидывая белье на пол.

— Матвей, — пытается от меня отползти, но я ловлю ее за ноги и тяну к себе.

— Расслабься, моя Вишня, — игриво толкаю на подушки, сгибаю ее ножки в коленях и развожу их в стороны, раскрывая перед собой.

— Только попробуй мне тут сдерживаться. Я хочу, чтобы ты сладко звучала, — наклоняюсь, веду губами по внутренней стороне бедра, поднимаю глаза, смотря, как Вишенка эротично прогибается, прикрывая глаза, подрагивая от нетерпения. — Да, вот так. Кайфани, — провожу языком по ее киске. — Такая терпкая, вкусная, нежная девочка. Съем! — рычу и сильно всасываю клитор.

— Матвей! — вскрикивает, содрогаясь, а потом кусает губы, пытаясь погасить стоны.

— Ротик открой и кричи, если хочется. Немедленно! — в голосе приказ. Снова всасываю пульсирующую вершинку, обвожу кончиком языка. И получаю такой сладкий стон. Забудь обо всем, моя Вишня, есть только мы, на остальных плевать. Один раз живем."

"А потом нежно, долго, аккуратно, мучительно облизываю девочку, заигрывая с клитором, заставляю Вишенку извиваться, кусать губы, содрогаться и стонать. Добавляю палец, аккуратно входя, потом второй, еще глубже, массирую нужную точку и снова сильно всасываю клитор.

Анна начинает рваться, пытаясь рефлекторно отодвинуться, нажимаю на ее живот, удерживая на месте.

Уже быстрее, грубее, рывками, трахаю ее пальцами и контрастом нежно ласкаю языком клитор, чувствуя, как она увлажняется все больше и больше, как сжимает мои пальцы изнутри, сокращаясь. Остро чувствую момент, когда Вишня срывается и начинает лететь в пропасть, с протяжным стоном выгибаясь, кончает, цепляясь за мои волосы. И это так сладко, вкусно, крышесносно. Меня окатывает горячей волной возбуждения. Хрипло постанываю вместе с ней, продлевая кайф, продолжая облизывать. Мне кажется, я тоже на грани, в предоргазменном ментальном кайфе, горю вместе с ней.

И вот пока она такая невменяемая, поднимаюсь, хватаю со столика презерватив, разрываю зубами упаковку, натягиваю на член и опять вхожу в нее. Снова резко, грубо, больно. Ничего не могу с собой поделать, мне срывает все тормоза с ней, мне так мало Вишни. Мало даже когда я в ней, когда поднимаю ее ноги, лихорадочно их целую, закидываю себе на плечи, тянусь к ней, вынуждая прогнуться, поднять бедра, чтобы войти еще глубже, до предела.