Бойся меня

Я живу в центре города в съемной квартире, и у меня даже постоянных отношений нет. О чем я могу разговаривать с мужчиной, который старше меня на двадцать лет, и у которого я нахожусь в непосредственном подчинении? Я стараюсь работать с максимальной отдачей — разве этого недостаточно, чтобы воспринимать меня всерьез?

— Надо хотя бы иногда офисными сплетнями интересоваться, Мир, — с обвинительного тона Ирина переходит на сочувственно-понимающий. — Обидно просто. Гордиенко в офис приходит по большей части свои костюмы выгуливать и на совещаниях покрасоваться, а ты пашешь с утра до ночи…

— Если помимо работы я начну уделять время сплетням в бухгалтерии, то мне придется обзавестись кроватью здесь. — Я слабо улыбаюсь подруге: — Спасибо за рекомендации, но я продолжу прокладывать свой путь к славе по старинке.

— Ну хоть конфеты в следующий раз захвати, когда кофе к нему пить пойдешь, — вздыхает Ира, перед тем как исчезнуть.

Я представляю, как опускаю перед носом генерального коробку с птичьим молоком, и меня невольно разбирает смех. Что это за бизнес такой, когда многомиллионный контракт полетит в канализацию из-за недостаточных навыков панибратства?

*********

— Проходите, рассаживайтесь, — по обыкновению басит Андреев, когда главы отделов, словно школьники перед началом урока, со скрежетом выдвигают стулья. Кажется, он находится в приподнятом настроении. Хороший знак. — Ну рассказывайте, с чем пожаловали.

В течение сорока минут каждый отдел докладывает о проделанной за неделю работе, убеждая начальство, что все его прошлые замечания были приняты к сведению. Такую значимую персону как Гордиенко бремя отчетности не касается, но это не мешает ему задавать говорящему до смешного банальные вопросы: «А как изменился этот показатель по сравнению в прошлой неделей? А месяцем? А в сравнении с тем годом?»

Ирина права: он в совершенстве овладел мастерством пускания пыли в глаза.

— Теперь перейдем к вопросу сотрудничества с сетью «Аэлита», — генеральный обводит взглядом стол и останавливается на мне. Я знаю, что Гордиенко тоже на меня смотрит, и хотя не вижу его лица, но интуитивно ощущаю насмешливую улыбку.

— Цифры, которые вы показали, заманчивы, Мирра Георгиевна, но «Ландор» — это полувековой бренд со своим кодексом, и я как генеральный управляющий обязан его чтить. Продажи важны, но они не основное…

Андреев продолжает говорить, но я перестаю его слышать из-за гневного шума в ушах. Задушевные беседы об учебе дочери в США, шоколадные конфеты и байки о строительстве — это, выходит, основное? Умение качественно лизать зад превосходит умение продавать? Или дело все же в доминировании мужской воли над женской?

— Не стоит зацикливаться на «Аэлите», — подает голос мудак Гордиенко.