8
0
Господи, если бы я только знала, что это заведение принадлежит Демону, никогда не пришла бы сюда!
— Заткнитесь оба! — рявкнула я, теряя терпение.
Мужчины замолчали, но не перестали бросать друг на друга злобные взгляды. И я понимала, если бы они остались наедине в этом помещении, то простыми ругательствами их диалог не закончился.
— Спасибо, девочки, хвалю! — Медведев вежливо выпроваживал бригаду горничных, придерживая для них двери. А номер люкса заметно опустел на один столик, на который со всего маха свалилась туша Демона, когда он получил пламенный «привет» от Андрея.
Пусть Морин и обладал красивой физиономией и модельной внешностью, все же друг вырос среди дворовых мальчишек. И, как и все ребята нашего двора, бегал заживлять раны к моей матушке не реже, чем Демон.
— Какого хрена ты приперся? — не унимался Демон. — Ты же вроде трансвеститов топтал в Тайланде! Вот и сидел бы там!
— Да вот, решил взглянуть одним глазком, как ты проституток тискаешь в своем казино! — парировал Андрей.
А я толком не слушала их перепалку.
— Эдуард, а ты не мог бы прихватить своего друга? Сам он, я так понимаю, не торопится уходить, — вежливо полюбопытствовала я.
— Я уйду только с тобой! — набычился Лука, глядя на меня.
Если бы не мое разбитое состояние, нечеловеческая усталость и жуткое опустошение после наблюдения за сценой встречи двух мужчин, я бы рассмеялась. Лука выглядел весьма забавно с турундами в носу и растекающимся синяком под глазом.
Лицо Андрея выглядело не менее «помятым». Сразу становилось ясно: Демон метил непосредственно в «визитную карточку» нашей звезды. Не знаю, почему, но осознание именно этого факта стало последней каплей в чаше моего терпения.
Я поднялась со своего места, стараясь не шататься и идти твердо. Приблизившись на расстояние вытянутой руки, взглянула в глаза Демоненко. Я прекрасно помнила, как радостно билось мое сердце еще несколько месяцев назад, когда эти глаза смотрели на меня с лаской и нежностью. Но я помнила и то отчуждение, безразличие и отрешенность, которые плескались во взгляде любимого мужчина. А еще я помнила ту боль, с которой мне пришлось жить первые месяцы после расставания.
— Ты уйдешь, Лука! — спокойно, твердо и отчужденно произнесла я, пусть и хотелось кричать на него во все горло: — Уйдешь! Потому что у тебя нет права быть здесь. Ты сам от него отказался."
"Демон смотрел на меня сверху вниз. На секунду я поверила, что его буйный нрав победит над здравым смыслом и выплеснется на меня, на Андрея, на весь президентский люкс.
Но Лука на секунду зажмурился, словно пытался взять себя в руки. А когда открыл глаза, я абсолютно ничего не смогла прочесть в его взгляде.
И он отступил. Сделал шаг назад, не мигая и не отводя глаз от моего лица.
