7
0
— Садись, — кивнул Медведев, распахивая передо мной пассажирскую дверцу автомобиля.
Я решила, что спорить не стану. Послушно села в машину. Медведев запер меня в машине. А сам скрылся в здании за дверями клуба.
Мне показалось, что Демона с Эдиком не было слишком долго. Спустя вечность (а на деле - чуть больше двадцати минут), на крыльце появились две высокие и широкоплечие фигуры. Один из них держался рукой за бок. А второй вытирал лицо носовым платком.
В ужасе прикрыла рот ладонью. И, распахнув вмиг протрезвевшие глаза, смотрела, как Лука садится рядом со мной, а Эдик – за руль.
— Какого черта, Лука?! — взвизгнула я, стоило машине двинуться с места. — Тебя не было двадцать минут! Двадцать!
Мои глаза стали еще больше, когда я увидела пятно крови на белоснежной рубашке.
— Не вопи, а! — процедил он, поморщившись.
— Давай я посмотрю! — прошептала я, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте салона.
— Пустяки, царапина, — морщился Лука. Но я настойчиво выдернула полы порванной рубашки из-за пояса брюк и приподняла промокшую от крови ткань.
— Заштопаем? — предложил Эдуард.
— Говорю, ерунда. Домой давай, — скомандовал Демон, откидываясь на спинку кресла. — Нервные там бармены. И охрана.
— Да я бы тоже занервничал, столкнувшись с буйным Демоном, — подал голос Эдуард.
— Захлопнись! — скомандовал Лука Ильич, прикрывая глаза.
— Эдик, отвези нас к моей маме, — приняла я решение, о котором, вполне возможно, что уже утром, очень сильно пожалею. — Я так понимаю, в больницу нам нельзя?
Медведев неопределенно пожал плечом и развернул машину.
— Давненько я не пил фирменный чай твоей матушки, — пробормотал Лука.
А я вздохнула. Кажется, на моем горизонте маячат крупные неприятности.
***
Глава 6
Эдик остановил машину у самых ворот. За последние двадцать минут я начала нервничать, тревожно глядя то на дорогу, то на непривычно молчаливого Луку. Мужчина сидел, придерживая рукой пропитавшуюся кровью рубашку и закрыв глаза. А я сто раз просила Медведева повернуть в сторону ближайшей больницы и не валять дурака.
Но Демоненко твердо стоял на своем. И я сдалась. Если у мужчины есть силы на спор, значит, все не так уж и плохо."
"Район города, где проживала моя матушка, ничем не выделялся. Абсолютно. Здесь всегда было спокойно, как на кладбище. Вернее, это и было заброшенным кладбищем. Сейчас администрация города предоставила новое место для последнего пристанища усопших. А этот район зачах, но жители небольших домишек никуда не уехали. Крайне редко можно было встретить машины, а об общественном транспорте жители этих мест давным-давно позабыли.
И моя мама проживала именно здесь. Из ее окон открывался чудесный вид на могильные плиты. И никакие уговоры о смене места проживания на что-то более подходящее не помогали.
