Ты станешь моей

И правду. Во всём. Во взгляде, в голосе, в поведении. Даже в прикосновениях.

— К-куда… — всхлипываю, по щекам льются слёзы. — Ну куда я от тебя денусь?! Я ведь… никто без тебя. Только ты, только ТЫ делаешь меня другой. Живой.

— Моя девочка… — я растворяюсь в крепких объятиях, я реву, в голос реву, не в силах контролировать потоки адски сильных эмоций. Мои всхлипы глушатся терпкими поцелуями.

Я сама обхватываю ноги Волкана, крепче прижимаю его к себе, так требовательно, что чувствую, как его каменная плоть упирается в мои трусики.

Бах! Вспышка экстаза бьёт по вискам.

Я не отдаю отчёт своим поступкам. Просто изголодалась. Просто я… сильно-сильно хочу Волкана! Поэтому я сама тяну вниз его брюки, потом боксеры. Волк дергается назад, отстраняется, с недоумением таращась в моё покрасневшее и влажное от слёз лицо.

— Ты ч-что? Ты что это т-творишь? Хочешь меня?"

"Киваю, облизывая губы кончиком языка:

— Неимоверно сильно, хочу тебя. А ты? Сделаешь меня своей?

Охваченная возбуждением, я действую на каких-то первобытных инстинктах — подаюсь вперед и ловлю правой рукой его мощное величие. Поглаживаю твёрдый и горячий ствол, поддеваю пальчиком каплю смазки, растираю по могучей потенции, по всей длине.

Волкан сипло охает, закатывая глаза, и весь трясётся.

— Ну что, протрезвел, — с ноткой агрессии цежу я, с силой смыкая пальцы на главном органе мужчины так сильно, что он дёргается, практически падает на пол, но успевает схватиться за край столешницы, впиваясь в неё пальцами.

— А-а-а-а, д-да! Как о-о-огурец… я!

— Мне продолжать? — я начинаю подыгрывать, наслаждаясь зрелищем, наслаждаясь тем, что я сейчас босс. Лидер положения. А в моих руках сжимается мощное средство управления зверем.

— Черт возми-и-и! — он возбужденно стонет, пошатываясь, будто дерево в эпицентре урагана. — Какие нежные ручки… не мучай меня, пупс!

— Ты будешь хорошим мальчиком?! — я подаюсь вперёд, одной рукой продолжаю натирать эрекцию, второй — дерзко хватаю Волкана за затылок, сжимаю его волосы, оттягивая их назад. От нахлынувших чувств он каменеет в моей руке ещё больше, будто удваивается в размере. Кажется, вот-вот взорвётся! Но я продолжаю мучить мужчину, работая рукой ещё смелей, ещё резче. Затем быстро и жадно накрываю его губы своими, мну их страстными, быстрыми поцелуями, даже чуть покусываю для большего эффекта.

— Я буду с-самым лучшим мальчиком. Твоим. Только твоим.

Я целую его еще одержимей, работаю рукой до боли в ладони и наконец получаю то, чего так сильно жаду. Крик. Озноб по спине катится метровой волной, унося нас обоих куда-то за грань. Волкан пульсирует в моей руке, выплёскиваясь горячими струйками липкой жидкости на мои голые коленки, и безвольно обмякает, уткнувшись лбом в моё плечо, пытаясь отдышаться.