Ты станешь моей

Вот интересно, что он подумал, глядя на меня, запыхавшуюся и лохматую. Сейчас скандал устроит. Да выгонит бессовестного нахала прочь. Но… Папуля меня ошарашил. Он обрадовался.

Внезапному вторжению незваного гостя. Мужчины! Я никогда ещё не приводила домой мужчин.

— Смотрю, там знакомая машина стоит. Здравствуй, Волкан. Очень неожиданно, — протянул ему руку, сцепившись с партнёром в крепком рукопожатии.

Замечательно! Как будто только этого и ждал.

Нашей с Волком «дружбы».

— Д-да, Волкан меня просто подвез, случайно встретились, — я вклинилась между мужчинами, разбивая прочную хватку.

Ну ей-богу! Они выглядели такими счастливыми, будто отец меня только что замуж отдал, подобрав выгодную партию. Отметили, так сказать, событие. Счастливые до «не могу».

— Ну, всё, давай, Волкан, пока! — я быстро затолкала его в коридор, к двери, но тот упирался. Не хотел так быстро валить.

— Подожди, Ника, стой, — отец схватил меня за локоть. — Зачем ты так грубо с гостем? А чаем напоить?

— Да, Ника, где твои манеры? Я чаю хочу, — поддакивал этот хитрый лис, корча гримасу.

— Ну вот видишь, — папа оттащил меня вбок.

Я хлопнула себя ладошкой по лбу и раскраснелась. А араб растянул улыбку чуть ли не до самых ушей, наслаждаясь триумфом. Блин, сегодня гад выиграл. Нечестно, он решил пустить в ход тяжелую артиллерию.

Он решил завладеть мной… с помощью моего отца.

* * *— Ну, приятного аппетита! — наиграно рыкнула я, ставя перед гостем поднос с пирогом собственного производства.

— Как это называется?

— Шарлотка яблочная, домашняя, — бесстрастно отчеканила я, мечтая, чтобы Волк уже скорей набил желудок и убрался прочь.

— Моя дочь сама готовит. У неё здорово получается, — похвалил меня папуля, откусывая кусочек пирога.

Опустив вниз свои чернющие ресницы, араб последовал примеру бати.

— М-м-м, да, действительно очень вкусно! — заурчал.

— Кушай, кушай, Волкан. Если надо, Ника ещё сделает. С собой, на вынос.

Чего-о? Я едва не упала на ровном месте. Вот что это делается, товарищи? Что происходит? Ну правда, папочка, я тебя не узнаю. Он как будто намерено меня нахваливает перед арабом, намекая, что я выгодный вариант для замужества.

Я присоединилась к трапезе. Из вежливости, конечно же. Забилась в уголок между столом и холодильником и молча глядела на мужчин. Дабы не краснеть, как помидор на грядке, я сама перевела тему разговора в другое русло.

— Па, как дела с бизнесом?

Слава богу! Они оставили меня в покое и затарахтели о делах рабочих. Стоит только сказать слово «работа» или «тачки», и можно выдохнуть полной грудью, потому что это святая святых для мужчин.