3
0Может быть, он даже завтра растает. А может, ударит мороз, и завтра мы проснемся в настоящей зиме. Кто знает?
Чувствую на себе его взгляд, полный разочарования. Когда-то были «мы», но нас уже давно нет, теперь мы по отдельности. Но простить я пока не могу, хотя очень постараюсь. Ради себя, ради него, ради счастливого будущего без обид и недосказанности.
Глава 44
Рустам
В старину гонца, принесшего дурную весь казнили, чтобы умилостивить грозных богов. А в английском языке даже есть выражение «Kill the Messenger», что означает «Убить гонца». Самире было не впервой докладывать плохие новости своему старшему брату. За несколько недель она даже к этому привыкла и, каждый раз, когда она заходила в палату, Рустам весь напрягался и спрашивал:
- Что на этот раз? По глазам вижу, что-то не очень хорошее."
"В один из таких визитов Самира пересказала Рустаму рассказ Жанель Мансуровой, а также то, что на самом деле произошло в гостинице. Айлин не решилась это сделать, так как боялась, что бывший муж не так все поймет. А вот сестра – совсем другое дело. Рустам слушал, стиснув до скрежета зубы. К концу истории, он положил ладонь на глаза и дышал через нос.
- Прости, брат, - Самира погладила его по плечу. – Ты уж ненавидишь меня?
- С ума сошла? - отозвался он, не глядя на нее. – Я себя ненавижу. Так сильно, что мерзко.
- Самобичевание вредно для сердца. Надеюсь, это все сюрпризы от твоей, - Самира осеклась на слова «токал», чтобы еще больше не злить, - от этой женщины.
- Я должен с ней поговорить.
- Может, не стоит? Она сильно пострадала и если ты сейчас к ней придешь, она может соваться в истерику.
- Откуда ты знаешь? – Рустам посмотрел на Самиру с удивлением.
- Ну, как бы тебе сказать, - замялась сестра и посмотрела на свои руки, - короче, я спровоцировала ее недавнюю истерику, когда пошла выяснить, кто дал ей травки.
- Самира, - с укоризной протянул брат.
- А что ты хотел? – возмутилась женщина. – Чтобы я спокойно сидела, зная, что она тебя травила? Если уж на то пошло, ты здесь благодаря ей.
- Я здесь, потому что сам виноват.
- Надо же, - Самира вскинула брови. – Как мы заговорили!
- Я решу, что делать. Можешь не переживать, - отрезал Рустам. – Ты и так много сделала.
В одиночестве есть своя прелесть. Никто отвлекает и не мешает думать, вспоминать, анализировать прошлое и корить себя за неправильные решения. В последнее время самобичевание, как правильно заметила Самира, стало излюбленным занятием Рустама. Он снова и снова возвращался на три года назад, в тот день, когда впервые встретил Томирис. И опять услышал запах и голос той молодой женщины, которая сразу же завладела его вниманием. А потом все случилось быстро: страсть, неконтролируемое желание, похоть, ощущение вседозволенности, безнаказанности, второй молодости. Последнее оказалось мнимым.
