8
0
— Ты хотела, сказать, на рейтингах?
— Как ни назови, суть одна! Это же картинка по телеку! Всего лишь картинка! Поговорят и забудут! Тем более, девочка моя, тебе стыдиться нечего! Ты взяла на себя ответственность за ребенка, а это хорошее дело…
— Так не считают.
— Кто? Вот скажи, кто так не считает? Напудренный с микрофоном? Который Холостяка ведет и еще танцульки со звездами? Так он вообще уже не человек, столько пластических операций сделал, там ботокс всюду… Нашла кого слушать!
— Все вывернули так, словно я Бусю ради передачи использовала. Мне за это обидно!
— Одна собака тявкнула! Еще не значит, что остальные подхватят. Тем более, ты совсем ничего не читаешь, а между прочим, там письма пишут и высказываются. Уже в Честном разговоре это осудили, засрамили! Хочешь, покажу?
— Не хочу. Можно я не буду смотреть?
— Можно не будешь. Но подруге ответь!
— Ах, вот это точно не хочу! Все началось из-за нее! Уууу… Это не подруга, это вредитель какой-то! Особо опасный паразит, хуже колорадского жука!
Бабушка ахнула.
— Вот это ты выдала! Яська вся в слезах. Не злись на нее, она не хотела таких последствий. По Бусе соскучилась… Извиняется!
— Не буду! — отвернулась я."
"— Знаешь поговорку, заставь дурака молиться, он и лоб расшибет? Яська может себя извести. Я еще не помню, чтобы вы так ссорились, обе страдаете. Не надо так, Василиса. Я же знаю, что ты по подруге тоже скучаешь.
— Я не хочу такую подругу, от которой проблемы!
— А вот это уже не тебе решать. Настоящих друзей, как и любовь, не выбирают. Судьба у тебя, значит, такая! И вообще, Васенька, хватит…
Бабушка села на диван и сложила руки на коленях, посмотрела на меня уже без прежнего огонька в глазах, устало. Я забеспокоилась: как-никак, она уже совсем старенькая и не молодеет от слова совсем.
Неужели ей плохо стало?
Глава 22
Василиса
— Смотрю я на тебя, Васенька, лица на тебе нет, ничего не ешь, похудела. Адель тоже так себя вела, помнишь? Потом резко ожила, стала веселой, друзей новых завела! Если бы я знала тогда, что это от дурных увлечений веселящими веществами… — бабушка промокнула глаза платочком. — Может быть, это я, старая, где-то согрешила…
— Бабуля, что ты такое говоришь?
Я села рядом и обняла бабушку, Буся обхватила ее за ногу.
— Не успокаивай меня, знаю, что жизнь была длинная, может быть, где-то я и согрешила сильно! Бог теперь меня наказывает: мой Сенька с Галкой спились, одна внучке в центре реабилитации, а вторая… Совсем на себя не похожа! — всхлипнула.
— Бабуля, я такой гадостью, как Адель, никогда заниматься не стану, клянусь! Не плачь, все будет хорошо! — в горле запершило. — Я уже в порядке, честное слово! Раскисать не собираюсь… Даже с Ясей поговорю.
