Дочь моего друга

Предлагают свою линейку дорогих отверток завозить. Знают, как в России обожают понты.

После семинара ужинаю в ресторане при отеле и поднимаюсь в номер. На часах едва семь, а мне здесь еще два дня чалиться. В Москве уже восемь, а значит, празднование Яниного дня рождения началось. Семен говорил, что отмечать будут у Илюхи в ресторане, — Малышев, конечно, рад. Удачный для его казны вечер.

Я открываю ноутбук, собираясь раскидаться с присланными Мишиной документами, и едва тычу в значок почты, мой телефон вибрирует на журнальном столе. Смотрю на экран, и под ребрами начинает знакомо ныть.

«Неужели все-таки не придешь?»"

"Я несколько секунд смотрю на это сообщение и нажимаю «Удалить». Прости, девочка Яна, не приду. И даже банальных цветов не пришлю, и на это СМС не отвечу. Буду последним бездушным мудаком в твоих глазах. Ты, конечно, меня оправдаешь, но когда-нибудь тебе надоест это делать.

17

Андрей

Шесть месяцев спустя, Лондон

— Хочешь к дяде Андрею, Матвей? — Сергей расхаживает по гостиной на руках с сыном, который больше напоминает куклу из витрины «Детского мира»: маленькое тельце в голубом костюме, круглая голова с пушком и едва заметный нос. — Мама как раз тебе памперс не надела — пописаешь ему на рубашку.

Картина новоиспеченного Молотова-отца — зрелище приятное, но не настолько, чтобы испытывать желание взять его сына на руки. Тем более если после этого мне нужно будет ехать в гостиницу менять одежду.

— Я воздержусь, пожалуй. Слишком хорошо вы вместе смотритесь.

— Дядя тебя боится, — Сергей с улыбкой разглядывает кукольное лицо своего отпрыска и касается пальцем кнопки носа. — Он еще не знает, какое ты счастье.

Его замечание вызывает во мне невольную усмешку. Не боюсь, конечно. То, что Серега без ума от своего чада, — вполне объяснимо, но не означает, что я обязан его чувства разделять. Матвей не первый младенец, которого я вижу, и само по себе его нахождение в комнате меня не сильно трогает. Трогает скорее то, каким счастливым выглядит Молотов, держа его на руках. Даже в голосе нотки урчащие появились, выражение лица стало мягче, что на контрасте с его привычным деловым образом особенно в глаза бросается.

— На обед останешься? Юлька там кучу всего наготовила.

Я мотаю головой и встаю с кресла.

— Завтра заеду к вам, Серег. Сегодня времени в обрез — мероприятие через час начнется.

— Ты на сколько дней в итоге приехал?

— В понедельник лечу обратно. Успеем еще водки за твое отцовство выпить, не переживай. Жена-то отпустит?

— Отпустит с радостью. Не часто такие дорогие гости к нам приезжают, — слышится из дверей гостиной веселый голос Юли. Она подходит к Сергею, и теперь они оба нависают над ворочающимся тельцем своего сына заботливой родительской тучей. А я понимаю, что пора уходить.