Притяжение

Не сняв ботинок, Амир подошел к кровати и устало на нее опустился. Погладил точеную скулу, которую «украшал» яркий, набирающий краски фингал. Соня открыла глаза.

- Ты как? – прошептал Амир, прижимаясь к её лбу губами.

- Ничего.

- Испугалась?

- Скорее разозлилась! Нелюди какие-то. Ничего в них святого нет…

- Нет, - подтвердил Амир, - ты мне дочку спасла.

- Скажешь тоже…

- Спасла! Проси, чего хочешь… - распорядился он.

- Господи… Какие глупости! Или ты думаешь, я из-за этого… вот так?! Чтобы выставить потом счет?

Он тогда задел Соню. Её серые глаза потемнели и стали почти что черными. Обида как ржавчина съела их настоящий цвет. Свет…

- Не думаю. Но за мной долг.

- Я не…

- Тшш… Не хочу ничего слышать!

- Эй, ты куда? Уходишь? – насторожилась Соня."

"- Мне еще нужно кое-что уладить. Спи… Завтра нас ждет длинная дорога.

- Дорога? Но… мы ведь никуда не собирались.

- Я отвезу вас в безопасное место. Побудете там, пока здесь все не уляжется.

- Но я не могу уехать! Здесь Сережа! И новый семестр начнется уже через две недели!

- Твоему брату не станет лучше, если тебя убьют! – отчеканил Амир и, не слушая больше протестов, вышел из комнаты.

Он отвез их на родину. К старикам-родителям в горы. Туда, где их никто не смог бы найти, сколько бы ни пытался.

- Сынок… Родной! А где же Имана? – спрашивала мать, осторожно поглаживая его по голове маленькими натруженными ладонями.

- Там, где ей и положено. Дома. Ты хотела с внучкой побыть? Вот я и привез тебе внучку. А жена мне дома нужна.

- Что ты пристала к сыну, женщина, дай ему с дороги отдохнуть… - вмешался отец.

Соня с Кариной пробыли в горах две недели. Ровно столько Амиру понадобилось на то, чтобы найти и наказать виновных, а Соне… чтобы навсегда измениться.

- Эй… Мы приехали! – возвращая его в настоящее, тихонько проговорила Соня, слегка царапнув Амира по руке коготками.

- Извини. Задумался.

- О чем?

- Вспоминал, то покушение на Карину. И все, что было потом.

- Бррр… Не напоминай! До сих пор колени трясутся. Я такого ужаса никогда потом не испытывала.

- А Карина ничего не помнит, представляешь? – заметил Амир, помогая Соне выбраться из машины.

- Так это же хорошо!

- Да, наверное. Слушай…

- Ммм?

- А что у тебя случилось? Ну, там… в горах?

- Случилось?

- Ага. Ты стала другой после той поездки. Как будто… я даже не знаю.

- Да ничего такого. Разговор случился. С твоей матерью.

- С моей матерью? – удивился Амир, входя в дом.

- Угу. Она была довольно агрессивно ко мне настроена.

- Моя мать? Может быть, ты что-то не так поняла? Мама была очень доброй и мягкой женщиной.

- Что не мешало ей быть подвластной стереотипам. Во мне она видела блудливую хищницу. И относилась ко мне соответствующе.

Амир замер, так и не сняв пальто. Нерв на его щеке дернулся, выдавая его смятение.