10
0Сейчас времени едва хватает на жизнь, что уж говорить об учебе.
Просто… Роман Андреевич очень красивый мужчина. С этим ничего не попишешь. Если бы я не увидела его полуголым, возможно, он оставался бы для меня прежним безликим профессоров в дорогих костюмах.
И я уж точно не вспыхивала бы всем телом при виде пальцев, в которых он держит чашку, ручку или телефон, если бы не тот случай в кабинете на кастинге. Просто ни один мужчина еще не добивался такой бури эмоций, как сделал это он, простым движением пальцев по моим трусикам. Даже не касаясь меня!
Впечатлительная глупая помощница, нужно выбросить из головы Романа Андреевича как можно быстрее.
Что ж… Раз уж купила, надо затестить. Производители на сайте обещали мне гамму эмоций и множественные оргазмы, вдруг какое-то виброяйцо способно свести на «нет» мои нелогичные мечты о недостижимом профессоре?
Не тут-то было.
Перебрав весь ассортимент, я пришла в ужас от схематических картинок в инструкциях. Покрутив в руках член с силиконовыми рожками, обещавшими неземное наслаждение, я поняла, что никогда не засуну собственными же руками это в себя.
В итоге я только еще сильнее возненавидела себя, когда, перебрав весь мой богатый ассортимент, поняла, что ничто меня не радует и не возбуждает также сильно, как одна только мысль о пальцах упрямого профессора. В тот день в его кабинете. Его глухие стоны и желанные дразнящие прикосновения. Уверенные поцелуи мужчины, который точно знает, чего хочет.
Рука сама собой опустилась ниже. Оказалось, я помню каждое движение его пальцев, как он провел по трусикам костяшками пальцев, отчего меня словно током ударило, и как сразу после погладил меня подушечками.
Позже я убрала игрушки в прикроватную тумбу, расстелила постель и заснула в смешанных чувствах. Надеялась забыть, а в итоге только закрепила привычку кончать с его именем на губах. И так и не нашла ответов на вопрос, как же мне с ним работать дальше?
_________
*Матвей Тойфель — главный герой книги ""О да, профессор"" (первая книга из цикла ""Горячий профессор"", можно читать отдельно)
Глава 21
Утром оказалось, я познала еще не все грани сарказма, на который способен Роман Андреевич.
Вчера я старалась быть тихой, но в квартире Исаева каждый шорох был слышен, так что, возможно, причина его плохого настроения заключалась в моем кошачьем концерте в спальне.
Почему-то мысль, что его это задевает, приятно грела.
А еще этим утром я решила быть собранной, почти идеальной. Я помогла ему одеться, сварила кофе, сделала омлет из нормального молока, который, правда, никто не оценил. Но это нормально. Почти привычно уже.
