4
0– Неужто сами не понимаете, что нехорошо это?! Цыган в доме!
- Не вам судить, что хорошо, а что худо! – упрямо произнесла Аглая Игнатьевна. – Идите по добру по здорову отсель!
У нас с Таней чуть челюсти не отвалились от такого заявления, а Иван Тимофеевич тихо хрюкнул.
- Что-о-о?! Да как вы смеете?! Меня… доктора медицины! – наконец прошипел он, грозя ей кулаком. – Челядь в нищей усадьбе!
Этого я уже терпеть не собиралась. Да и Таня, похоже, тоже.
- Покиньте наш дом, Иван Тимофеевич, - грозно произнесла она. – Немедленно.
Он открыл, было, рот, чтобы разразиться очередным возмущенным спичем, но я остановила его:
- Вы слышали, что сказала Софья Алексеевна? Всего доброго.
Сделавшись пунцовым, доктор схватил свой саквояж и выскочил из гостиной.
Глава 42
- Все. Жди теперь неприятностей… - тоскливо произнесла нянюшка, и мне показалось, что она сейчас заплачет. Но старушка не собиралась рыдать, вместо этого она погрозила кулачком в окно. – У-у-у, гад! А ведь хорошим человеком прикинулся! Я его всегда лапшичкой кормила да наливочкой потчевала! А он ел как не в себя, за ушами трещало!
- Ничего, все образуется, нянюшка, - я обняла ее. – Вот посмотришь.
- Дай Бог… дай Бог… - тяжело вздохнула она. – Ладно, пойду скажу Евдокии, что к обеду готовить… Не ровен час кто-то из совета нагрянет! Тимофеевич, ишь, как докладывать помчался! Злыдня!
Я, конечно, сомневалась, что сюда кто-то явится именно сегодня, но останавливать ее не стала. Пусть займется чем-нибудь, отвлечется от проблем. Она старенькая, и ей лишние переживания не нужны.
Аглая Игнатьевна ушла, а мы с Таней уселись на софу. Делать ничего не хотелось, настроение было хуже некуда, а дурные мысли настойчиво осаждали голову.
- Послушай, мне кажется, что тебе нужно послать за Павлом Михайловичем. Пусть он явится в усадьбу, - подруга выглядела озабоченной. – У меня нехорошее предчувствие. Нам точно покоя не дадут.
- Ты хочешь, чтобы я сегодня поговорила с ним? – я немного нервничала. Такие резкие изменения в жизни немного пугали."
"- Именно. Нечего тянуть с неизбежным. Ничего не говори ему о беременности, пока мы не удостоверимся, точно есть она или нет, - тихо сказала Таня. – Лично мне кажется, что он хороший мужик. Не знаю почему, но я уверена, что Головин поможет нам. Галь, нельзя тянуть.
Предчувствие чего-то нехорошего подкралось и ко мне, копошась холодными лапками где-то в районе живота. Таня права, нам нужно работать на опережение. Тем более в чужом мире, полном опасностей.
- Хорошо. Я так и сделаю, - я решительно поднялась. – Пойду, разыщу Захара.
- Я с тобой.
Мы вышли из дома и направились на черный двор.
Он словно опустел без мужиков. Женщины работали на огороде, кто-то убирал в птичнике, а две девушки чистили стол и лавки песком.
