3
0
- Ну, ты же понимаешь серьезность своих слов, да?
- Да! Не знаю почему, но, мне кажется, я их плохо чувствую, - опускаю взгляд на свои ноги. - Но это от того, что долго стою.
- Вот тебе и клятва, бесстыжая девчонка, - усмехается Глеб, поднимает меня и закидывает к себе на плечо попой вверх. Какое-то мгновение и я оказываюсь на капоте его машины. - Точно любишь?
- Точно.
- Повтори, - грубо произносит Бестужев. - Бог любит троицу. А было дважды.
- В смысле? Ты что, считаешь что ли?!
- Да.
- Знаешь, это очень странно для мужчины.
- Повтори, - с нажимом добавляет он.
- Да люблю я тебя, дурак.
- Даже несмотря на мое бесплодие?
- Да. Знаешь что, ты меня начинаешь уже выводить из себя, - вполне серьезно произношу я.
- Зато ты уже не плачешь.
- Это такая психотерапия?
- Нет. Это просто желание лишний раз убедиться в твоих словах. Ну раз точно любишь, то как-то некрасиво оставлять тебя в неведении. Но помни, что ты поклялась своими ногами.
- Ты о чем сейчас?
- О твоей речи. Мне было бы выгодно на все сто процентов согласиться с ней и жить себе припеваючи, однако совесть задушит со временем. Не знаю откуда у тебя убежденность, что я поставил камеры тогда, когда ты упала. Это не так. Камеры были с первого дня твоего пребывания в доме. Я пялился на тебя, находясь на работе, почти каждый день, ровно до того момента, пока не получил вазой по башке. Только тогда у меня мозги встали на место, и я осознал, что с этим надо что-то делать. Я смотрел в экран, прикрываясь заботой о тебе, на самом же деле, я просто хотел на тебя смотреть. Была бы моя воля – двадцать четыре часа в сутки. Ты сейчас думаешь, что я херов извращенец, но это не так. Я не видел ничего такого, о чем бы тебе следовало переживать. У меня не было цели дрочить при виде твоего обнаженного тела. Членом клянусь. Ты все еще любишь меня, Соня? - хотелось бы посмеяться, так ведь не смешно. Глеб – не шутит. Он очень даже серьезен. И то, с какой силой он сжимает обеими руками мою талию это только подтверждает.
- Ты в курсе, что ты маньяк? - после значительной паузы наконец произношу я, обхватывая его лицо обеими ладонями.
- В курсе. Суть в том, что твой личный, а не бесхозный. На вопрос ответь.
- Какой вопрос? О, Господи. Ты что глухой? - вдруг доходит до меня.
- Нет. Я не услышал ответа.
- Да!
- Что-то неискренне.
- Хватит! - зло бросаю я, сильнее сжимая в ладонях его лицо.
И сама того не ожидая, впиваюсь жадным поцелуем в его губы. Бестужев вряд ли ожидал от меня таких действий, однако тут же впускает мой язык в свой рот, включаясь в поцелуй. Мы целуемся так, как будто не виделись целую вечность. Жадно. Мокро. Как сумасшедшие. Ну и по фиг.
