Прикосновение

– Откуда ты знаешь про мой возраст? – встречным вопросом ответила Диана, сильнее сжимая кулачки. – Тебе Булат рассказал? Да? А что он тебе ещё рассказал? Про фонд… Точно! А я ещё думаю, почему ты изменил ко мне отношение! Улыбаешься, пытаешься делать вид, что мы с тобой, если не друзья, то приятели! Даже сегодня проявлял внимание… Оказывается, все концы ведут к фонду… И как я сразу не догадалась! Вы и с Булатом уже договорились? Да?

Вспышка Дианы стала неожиданностью. Она бросала обвинения быстро, одно за другим, не замечая, как Игнат сильнее сжимает челюсти.

– Всё сказала? Сбавь тон, Принцесса.

Чего он терпеть не мог, так это необоснованных истерик и претензий. Лора его достала ими за последние годы. Сначала Игнат старался не реагировать. Даже первое время пытался погасить, свести к шутке. Потом, естественно, приелось. Когда изо дня в день его обвиняли во всех смертных грехах, начиная с того, что он её не ценит, не любит, уже сто процентов изменяет, шляется по кабакам и бабам, и заканчивая тем, что лишает её средств к существованию, он устал. Давировым необоснованные обвинения от женского пола начали восприниматься, как красная тряпка для быка.

И тут Принцесса, которая заикалась при их первой встрече, не знала, куда себя деть, выдала ему такое! Посмотрите-ка на неё. Напилась и осмелела?

– С какой стати, Игнат Русланович?

Она ещё и язвит!

Смотрит с вызовом.

Открыто нарывается.

Игнат наклонился к ней, максимально минимизировав расстояние между их лицами, и негромко, так, чтобы слышала только она одна, сказал:

– Принцесса, ты ищешь приключений? Хочешь, я тебе их организую?

Если бы она знала его дольше, то расслышала бы угрожающие нотки в голосе.

Додумалась! Зараза… мелкая… Но красивая. Обвинить его в том, что он заинтересовался не ей, а её баблом?! Молодец, что тут скажешь!

И одновременно в нем просыпались дремлющие долгие годы инстинкты защитника. Она такая растерянная. Ранимая. Как ежик выпустила иглы и смотрит, ждет, опасается.

В карих, почти черных глазах плескалось столько эмоций, что их невозможно все рассмотреть и хотя бы немного систематизировать. Дерзость переплеталась со смущением, страх с любопытством.

Диана права в одном. Ей почти двадцать пять лет. Она взрослая девочка и знает, что делать.

Раз пришла в бар в подвыпившем состоянии и продолжила веселиться, значит, готова к последствиям. И сразу же, стоило Игнату об этом подумать, в душе рос неконтролируемый процесс. Да мало ли что успела себе надумать девочка, вырвавшаяся на свободу из-под мужского гнета!

– Ты уже организовал, – так же медленно, идеально копируя его интонацию, отозвалась она, сверкнув глазами.

– Малышка, у тебя проблемы? Могу помочь."

"Плечи Давирова мгновенно закаменели, каждая мышца в теле напряглась.