Я к этому так долго шла, что осознать сложно. Понимаю, что не ждала ни год, ни два, ни десять лет, и все же те недели показались вечностью.
Тимофей протягивает мне папку с документами. Его пальцы слегка дрожат, выдавая волнение, которое он так старательно скрывает.
- Вот, теперь все оформлено, никто не прикопается, что акции переоформлены с какими-то нарушениями. Доля Марка полностью аннулирована. Поздравляю, Альбин. Мы его добили.
Я беру папку, листаю страницы. Все четко: подписи, печати, юридические формулировки. Все так, как мы и хотели. Все четко, кроме одного. Это передача акций мне и Роме.
- Спасибо, Тим, - откладываю документы на стол, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри поднимается знакомая волна раздражения. - Но я уже говорила, ни мне, ни Роме эти акции не нужны.
Тимофей хмурится, постукивает пальцами по столу.
- Но я не могу просто так их принять. Ты мне фирму спасла, меня спасла. Если акции не берешь, то хотя бы компенсацию деньгами возьми.
Я качаю головой, чувствуя, как волосы скользят по плечам. Ну как он не понимает, что акции, что деньги, будут жечь руки.
- Мне не надо ничего, Тим. Ты отблагодарил тем, что щелкнул его по носу так, как никто не смог бы в этой ситуации. Будем считать это платой. Прошу, давай закроем эту тему уже.
- Альбин… - он хочет перебить меня, перехватить инициативу, продолжить настаивать на своем, но я не отступлю. Не сейчас, когда только все начало успокаиваться внутри меня.
- Тим, я серьезно, - практически рычу на него, и я сама удивляюсь этой жесткости.
Тимофей вздыхает, долго так, глубоко, протяжно и откидывается в кресле. Оно слегка скрипит под его весом, и словно тоже возмущается моей неразумностью. Но что поделать, вот такая я сейчас. Месть дороже денег оказалась.
- Ну ладно. Но если передумаешь… - все же сдается, и теперь уже выдыхаю я, внутренне выдыхаю, чтобы не принял это за слабину и не начал по новой уговаривать, а то знаю его.
- Не передумаю, - четко осекаю его, и между нами виснет неловкая пауза.
За окном слышен шум города, который просто живет, и теперь его смех, влюбленные парочки меня не раздражают, как было раньше. Похоже отомстив, я полюбила снова жизнь.
Смотрю на часы и понимаю, что пора идти, но как-то встать и уйти молча не выходит. Как-то тяжело мы расходимся, а не хотелось бы этого. Все же не врагами расходимся, и хочется уйти легко.
И тут дверь кабинета открывается, спасая нас от паузы."
"На пороге появляется Дамир, уж теперь то я сразу его узнаю.









