Королевство иллюзий

Знаешь, как много у меня было сожалений сегодня? И, как мало времени! Больше ничего откладывать не буду!

— А ванну-то со мной почему не можешь принять?

— Хочу вернуть тебе заботу, помнишь, как мыла меня в больнице? В бане? — помню ли? Конечно! Как представлю его худое измождённое тело, так и сейчас слёзы наворачиваются! А в бане, когда он мне драму устроил, и на полном серьёзе собирался расстаться с жизнью! Жуть! Как уже много всего нас связывает, — можно мне тоже тебя помыть?"

"— Да, Берти, — он сияет, а у меня комок в горле! Неужели есть человек, которому я настолько дорога, настолько ценна, что вот он стоит тут возле ванны на коленях и бережно, как малому ребёнку, намыливает мои острые, ни разу не соблазнительные плечи, аккуратно, чтобы не дай Бог не дёрнуть, моет волосы, ополаскивает из пригоршни лицо, чтобы мыльная пена не попала в глаза. Плачу молча, пусть думает, что всё-таки попала, но это вовсе не из-за мыла. Это душа плачет счастливыми слезами, — я тебя люблю…

Вымытую и расслабленную, он закутывает меня в большое, как простыня полотенце, и относит в постель, целомудренно целует в лоб,

— Отдыхай, любимая, сейчас сполоснусь и приду, — отправляется в ту же ванну, в которой только что купал меня, а потом возвращается абсолютно довольный. Я ещё не сплю, но пребываю в состоянии лёгкой дрёмы. Костя не будит, лишь перебирает мои влажные волосы и тихонько шепчет, — напугала меня, так напугала, чуть сам не умер… Люблю тебя, моя богинюшка, больше жизни люблю… — потом касается тёплыми губами виска и прижимает к себе, так и засыпаю в объятьях…

* * *Следующий день путешествия похож на предыдущий: мы выпиваем состаривающее зелье с утра, завтракаем в таверне и отправляемся в дорогу, а как только начинает смеркаться, находим ночлег. Когда наступает время возвращаться в молодость, у меня замирает сердце, вдруг произойдёт осечка. Но не происходит, всё нормально.

В пути обсуждаем всё подряд, а чем ещё заниматься? Костя рассказал о столице Абекура. Саленса — означает солнечная, я не удивлена, у них вся страна солнечная, не так велика, как мой город, хотя он и не самый крупный. В ней всё организовано вокруг двух центров. Один из них — дворец короля, а второй — главный Храм Пантеона,

— По какой дороге не иди, обязательно попадёшь к либо к храму, либо ко дворцу. Но в храм может войти каждый, а во дворец — нет. Уже на подступах полно стражи, — я слушаю и поражаюсь, ведь рядом со мной вот так запросто сидит и беседует тот, кто через какое-то время окажется столь высоко, что станет недоступен. Но только не для меня. Костя продолжает, — большинство приближённых к королю имеют особняки в столице, а за её пределами собственные земли.