8
0
На исходе третьего часа Малинович выявил цепочку следов. Люди шли здесь в колонну по одному, прижимались к отвесной стене. Их ноги проваливались в податливую красноватую глину. Бойцы сгрудились над находкой.
– Молодец, Юрка! – похвалил товарища Бердыш. – Назначаешься главным следопытом, если начальство, конечно, не возражает.
Шубин вытянул шею, прислушался. Сосновый лес загадочно молчал. Местность вздымалась волнами. Люди здесь прошли примерно два часа назад. Скорость у них не ахти, но все равно догонять придется долго.
– Курим, и в путь, товарищ старший лейтенант? – осведомился Пастухов.
– Нет, боец, в путь отправляемся сразу. Ты идешь первым.
– На острие бронетанкового клина, – пошутил Малинович.
Радость оказалась преждевременной. Следы пропадали, снова находились. В сухом продуваемом березняке народ рассыпался, блуждал, кто где. Потом был каменистый участок, груды булыжников, за ними ручей. Бойцам приходилось ползать на коленях, чтобы отыскать хоть что-то в твердой гальке.
У ручья они сделали остановку, напились, сполоснули лица. Потом разведчики улепетывали, ныряли за булыжники, срастались с камнями! Они заметили опасность в последний момент.
Вдоль ручья с карабинами наперевес шли четверо военнослужащих вермахта, молодые, физически развитые, с настороженными лицами. Двое брели по воде, другие огибали камни. Они почти не разговаривали, возникли как призраки.
Один нагнулся, зачерпнул ладонью воду, выпил ее, чуть приотстал, стал озираться, оперся рукой о шершавый валун, за которым не дышал старший лейтенант Шубин. Возможно, этот тип что-то почувствовал. Ничего удивительного. Разведчики неделю барахтались в грязи, не мылись и пахли отнюдь не фиалками.
Фриц поколебался и двинулся дальше. Он несколько раз оглядывался, а прежде чем исчезнуть в лесу, куда втекал ручеек, встал и исподлобья осмотрел поляну. Ей-богу, этот тип что-то чувствовал, но попятился в лес, побежал за своими.
– Какие же мы подозрительные, – прошептал Пастухов, схоронившийся за соседним камнем. – Русский дух ему, видите ли, не нравится.
– Не шевелиться! – велел Глеб. – Выждем пару минут.
Немцы ушли. Мурашки перестали бегать по коже.
Дальше разведчики действовали с особой осторожностью, выявляли следы, откатывались в лес.
"Другой ручей петлял между соснами, струился по крутому откосу и пропадал в залежах булыжников. Следы членов искомой группы становились какими-то неявственными, распадались. Глебу казалось, что людей там стало меньше. Часть группы пошла в одну сторону, часть в другую. Это было скверно.
Делить своих бойцов Шубин не решился.
