\

Но после этого он еще и отравит все вокруг на долгие годы, жить там будет нельзя и даже ходить рядом.

— Обалдеть, это же чертовски страшная штука, надеюсь, ни у кого из баронов такой хреновины нигде не припрятано. — впечатлился я размахами разрушений.

— Нет, этого быть не может, это оружие шибко капризное и требует технологий и правильного хранения, до наших дней они никак не могли сохраниться.

— Это хорошо, а откуда ты про все это знаешь?

— Как откуда, читаю книги прошлых лет, записи разные нахожу. А ты разве так не делаешь? — удивился Денис.

— Не, я даже читать не умею, да и не интересно мне, что там раньше было, мне куда важнее, что дальше будет. — пожав плечами, ответил я.

— Мы почти на месте! — раздался голос впереди.

Я залез на крышу телеги, дабы осмотреться, и вправду, впереди проглядывались очертания некогда существовавшего поселения. Сквозь молодые деревья проглядывали силуэты разрушенных зданий и груды камней. Никто не терял бдительности, люди не переставали мониторить обстановку на предмет гулей, но, благо, все пока было спокойно, хоть и тревожно, на местности все же высокая трава, а эти чудовища передвигаются на четвереньках и хорошо умеют прятаться.

Добравшись до развалин, мы принялись по-быстрому разбивать лагерь, а охранники начали собирать камни, что валялись повсюду, и возводить из них небольшие укрытия, из-за которых можно будет вести огонь.

Разбив лагерь, мы разожгли несколько костров и приготовили пищу, после чего смогли немного отдохнуть. Время было за полдень, так что еще можно было побродить по развалинам, осмотреться и решить, с чего нам лучше начать.

Я взобрался на самый высокий холм, скорее всего, это было высотное здание, стоило мне по нему попрыгать, как снизу раздался треск, и земля начала проваливаться вниз. Я тут же побежал прочь, но запнулся за торчащую ветку и распластался по земле. А подо мной земля продолжала проваливаться, и как итог я успел схватиться за молодую березку, что росла поблизости, и завис над пропастью.

— Парни, помогите! — прокричал я во все горло, посмотрев вниз.

Держаться было очень тяжело из-за травмы плеча, и это же мешало мне взобраться наверх.

— Держись, мы идем! — донесся до меня голос Дениса.

Земля тем временем продолжала осыпаться, а треск и хруст, доносящийся из-под земли, только усиливался. Корни березки также оголялись из-за того, что земля осыпалась вниз.

— Ну где вы там, мать вашу? — во всю глотку кричал я.

— Гули! Занять оборону! — донеслось со стороны лагеря.

— Бляха-муха! Как же невовремя! — прокричал я, и в этот момент корни березки оторвались, и мы вместе с ней полетели в бездну.