\

От этого было немного неуютно, но деваться некуда, ногами я обхватил рюкзак, что лежал на краю плотика, а сам, лежа на животе, по грудь свисая с плота, активно греб лопатой. Берег быстро отдалялся, а вот противоположный вовсе не спешил приближаться, в какой-то момент казалось, словно на месте стою и гребу, только течение в сторону сносит, а очередные порывы ветра так и стараются перевернуть меня. Но все же обошлось, уже запыхавшись от активной гребли и наблюдая за каплями пота, который стекал с меня каплями в воду, я оказался у берега и смог уверенно встать на ноги.

Затащив плотик на песчаный берег я принялся его спускать и отвязывать с него веревки.

— Эй, странник, а ловко ты реку то переплыл, не дашь нам свой плот попользоваться? Да и пожрать бы не помешало нам. А главное приплыл то как в масть! Прямо к нашему дому, словно в гости! — раздался самодовольный голос у меня из-за спины.

Я повернул голову и увидел двух взъерошенных, волосатых и бородатых мужчин. Одеты были в какие-то рваные лохмотья. На ногах плетеные лапти. Лица чумазые, словно печку чистили, да и запах от них стоял отвратный, словно от общего сельского туалета. У одного у руке был большой, ржавый нож а вот у второго лук и его стрела метила прямо в меня. С такими миром не разойдешься.

— Да зачем он вам, вдвоем то не уплыть за раз. — спокойно ответил я, а в этот момент выхватил свой обрез из рюкзака и, сделав перекат в сторону, как учили, сразу же пальнул сначала в одного, а затем во второго.

Заряжена была дробь, так, что с такого расстояния грешно было промахнуться. Мужчины упали и захрипели, а как тут не захрипишь, ведь в грудь метил, теперь все легкие как решето. Тут же я перезарядил обрез и осмотрелся по сторонам на предмет их товарищей, но нет, никого больше не видно, достал нож и добил этих горе-разбойников.

— Хочешь убить кого — убивай сразу и молча. Нечего врагу шанс давать! — сказал я тому мужику, что говорил со мной перед тем, как пронзить ему сердце.

Трупы оттащил в сторону, а сам вернулся к своим вещам.

— Ну твою налево! Уроды, сука! Ну как так то! — начал кричать я во всю глотку, придя в ярость.

Все дело в том, что этот гребаный лучник стрелу то все же выпустил и она насквозь пробила мой плотик. Теперь он бесполезен, заклеить нечем, разве что разрезать его и как дождевик использовать, больше от него пользы никакой не будет. Загрузив вещи я пошел по тропинке, которую натоптали эти уроды и вышел к шалашу. Надо бы осмотреть, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Но увы, ничего полезного не нашел, только возле кострища кости человеческие обглоданные лежали. Видимо реально им есть нечего было, либо поймали кого или же товарища замочили.