\

Один из тех, кто достался ему без опыта оперативной работы, и кто когда-нибудь, как надеялся майор, вырастит в хорошего опера...

— Что значит, якобы — так и было. Бахнуло че то, вот я и отрубился…

— Не пойму я вас Михаил Андреевич... зачем вы валяете дурака? Кого прикрываете, убийцу? Между прочим, за дачу ложных показаний, статью у нас еще никто не отменял, — сразу взял быка за рога Баранов.

Мужика передернуло, видимо от недавних воспоминаний.

— А вдруг этот черт вернется? Вы бы видели, на что он способен...

— Если выдумаете, что я такое вижу впервые, то вы ошибаетесь. Если он вас сразу не кончил, то зачем делать это после? Ему теперь один путь — бежать куда глаза глядят, не останавливаясь. А вы на себя по надуманной причине преступления вешаете... Укрывательство, лжесвидетельство, а если слегка притянуть за уши то и соучастие. Считаете за решеткой будет безопасней?

— А че сразу за решетку? — возмутился мужик, — Не надо за уши... я между прочим жертва...

— Это пока жертва, а ведь можно и с другой стороны взглянуть. Кровь на одежде… не ваша. Надо ли сомневаться, что анализ, покажет то, что принадлежит она нашим сотрудникам?

— Да здесь все в крови! Ваши же меня в ней и валяли!

— Это вы в суде, будете доказывать...

— Ладно, ладно, я все понял! Спрашивайте, но подписывать я ничего не буду! — вскрикнул Михаил Андреевич, — Если я про оборотней, начну рассказывать, меня в психушку упекут.

— Значит все таки оборотень, — поддержал диалог майор.

— Ну… метафорически. Допился он, с кем не бывает, облик человеческий потерял…

— Не надо юлить Михаил, мы же договорились. Нам ваши подписи без надобности. Просто скажите, кто это был. Тигр, волк, росомаха?

Свидетель еще немного поломался для вида, но в итоге ответил.

— Кошак, серый.

— И как этого кошака звали?

— До того, как обернулся... Никиткой… Военный вроде как бывший. Нигде не работал, а квартиру снимал и бухлишко всегда было. Один пить не любил, весь дом к нему захаживал. Я тоже…

— Ясно. Что вы делали на кухне?

— Я же говорю — пили. Когда пришел, Никитка уже в хлам был... Все рассказывал про то как умирать больно. Сильно видать его контузило...

— Ближе к делу.

— Ну, в дверь позвонили. Никитка, открыл пустил их. Один светлый, высокий, второй пониже темненький. Начали вопросы, задавать. Никита их нахрен послал и выпить предложил... Но они все спрашивали, потом с собой его куда-то зазывать стали. Никита, их на выход попросил... Грубовато. Но они настаивали, угрожать стали. Тогда он вспылил и бутылкой пустой он в них запустил… Мелкому в ногу прилетело, больно.

— С пьяным лясы точить, вот же дебилы… — пробурчал себе под нос Баранов.

— Что простите?

— Ничего продолжайте.