7
0
Некоторые из них, разглядев молодок, уходили к лавкам и оставались там. Замужние женщины приносили им на простых подносах тарелки с мясом. Они кивали в благодарность и заводили разговоры с местными мужиками.
Чуть дальше под присмотром двух поваров Вегарта веселилась детвора, то и дело, совершая набеги на свежие горячие сладкие пирожки. Куда в них столько помещалось только Боги и ведали. Среди них крутилась и Юниль. Изредка она поглядывала на меня и снова, пританцовывая, неслась к кострам."
"Я выхватила взглядом и Руни. Он неожиданно оказался в компании Льюиса. Дракону явно нравилось водить с ним дружбу и это казалось мне странным. Но между тем Льюис постоянно что-то спрашивал у брата, а тот писал ему ответ на дощечке.
Выглядела эта парочка колоритно. Высокий стройный шатен-дракон и коренастый широкоплечий брюнет-волк. Бедные девушки глаза об них стирали, а те и не замечали.
Мимо прошла Амма с подносом. Она, как и остальные, помогала накормить мужчин.
В общем, праздник в самом разгаре и, наверное, только я не могла расслабиться настолько, чтобы устремиться к огню и сплясать. А ведь умела. Учили, чтобы потом мужа развлечь смогла. Но признаться, я так никогда по-настоящему и не станцевала.
В моей памяти то и дело вспыхивали иные картины. Те же костры, запах жареного мяса. И не всегда то было угощение. Иногда перед празднованиями ханым приказывал живьем сжечь пленных, которых доставляли в темницы бесконечными вереницами. Обычно это были мужчины из соседних племен перевертышей.
Черные медведи, снежные барсы, но особенно ханым не любил горных львов. Их участь всегда была самой незавидной.
После публичной казни начинались пляски. Хмельной эль лился рекой. Женщин во дворе становилось все меньше. Они старались сбежать ещё до того, как воины ханыма успеют вылакать несколько кружек крепленой медовухи и бражки. В отличие от остальных оборотней волки быстро поддавались хмелю.
Не везло тем несчастным, кого после находили.
Мужчины в моём родном доме действительно были бешеными. И самый большой страх — увидеть в ком-то из них своего истинного.
Сейчас же все было иначе. Ни криков, ни драк. Никого не пытались изнасиловать.
Никто не горел на кострах, завывая от боли так, что в холодный пот от ужаса бросало.
Но несмотря на это что-то удерживало меня на месте. Некий внутренний страх забыться хоть на мгновение и прозевать опасность, что нависала над нами все эти годы.
— Грета, а ты чего не у костра? — сосед дядя Карип подошел сзади настолько тихо, что я вздрогнула и чуть не выронила тарелку. — Чего такая дерганная? Не похоже на тебя. Неужто правду говорят, и проходу тебе не дает генерал.
Выдохнув, я проглотила кусок, что жевала, и обернулась к нему. Мужчина, как и всегда, улыбался.
