3
0
— Новости какие-нибудь слышал? — поинтересовалась, наблюдая за тем, как Юниль нехотя выползает из-за куста.
— Ммм, — потянувшись, брат взял специальную дощечку и уголек.
Нахмурившись, он старательно выводил буквы, хорошо, что язык не прикусывая от усердия.
Да, я научила его писать, и наше общение вышло на новый лад. Следом грамотность подтянула и Амма.
— Ммм, — брат показал мне свои каракули.
«О Бирне и его псах неслышно. Рыщут севернее. Но мужики говорили, что видали воинов драконов. Они опасаются, что те придут сюда»
— Ну, драконы нам нестрашны, — отмахнулась я. — Им нет дела ни до тебя, ни до меня. Их забота — Бирн. И даже хорошо, что они ходят по этим лесам, значит, наши палачи не сунутся.
— Хм… — он недовольно стер рукавом надпись"
"— Эй, — фыркнула на него, — ты вообще знаешь, как тяжело уголь с ткани отстирать? Не смей так больше делать!
Руни лишь бровь приподнял. Он снова что-то там писал.
— Никакого уважения, — не унималась я. — Возьми Юниль и подружи ее с курицами, чтобы Амма не ругалась. И…
Я не договорила, потому что в руки снова сунули дощечку.
«Драконы заберут провизию. Это воины, а не пахари или фермеры. С нами вежливыми они не будут. Все отнимут. А то еще чего хуже. Нужно уходить. Идти дальше на юг»
Я скривилась, словно съела кислых ягод.
— Руни, ну куда идти? Кому мы на том юге нужны? Ни дома, ни грядки.
Он зло стер тряпкой уголь с дощечки.
— Я знаю, что ты мне напишешь, брат. Что будешь работать и нас содержать. Что сможешь прокормить. Но, милый, Амма уже немолода. Каково ей трястись по дорогам в телеге? Зимовать у костра под тонким навесом. А Юниль? Ей шесть, малышка еще. Она и так насморк ловит в закрытой теплой комнате. Ничего хорошего из того путешествия не выйдет. Будем надеяться, что Бирна выловит этот Вегарт Бессердечный и мы забудем о нем навсегда. А они все о нас не вспомнят.
Развернувшись, брат направился к печи, присел и принялся укладывать в нее дрова. Я спиной ощущала его несогласие. Слышала недовольное сопение. Это слегка раздражало. Но я не знала, какие еще подобрать слова, чтобы объяснить — одно дело он и я. Мы сильные и молодые. Другое — Амма и Юниль. Они слабы и любое путешествие — риск для них.
— Руни, не злись. Я понимаю, ты хочешь как лучше для всех нас. И боишься, что Бирн вычислит, где мы спрятались, и явится по наши души. Но есть одно но. Здесь нам грозит только лишь брат, а там за пределами этой родной для Аммы деревни есть разбойники, маговские дезертиры, скопища бешеных и красноглазых, оставшихся без альф. В трактирах, во всех, милый, найдутся выпивохи, готовые забраться под мой подол. С некоторыми ты справишься, но не со всеми. А если убьешь кого не того, так вздернут — и меня, и тебя. Амма не выдержит такого горя. Про Юниль и говорить нечего. Она уже потеряла мать.
