14
0Ребята переглядывались и, кажется, даже дышали через раз, чтобы не вызвать гнев кое-кого сурового и деятельного.
Генерал тоже занимался своими делами и делал вид, что их и вовсе нет.
У меня возникло ощущение, что он ждет от них каких-то действий, а те не понимают.
Наконец, Руни, почесав затылок, прошел до ведра и зачерпнул в глубокую миску воды. Взяв у Юниль томат, ополоснул его и вернул. После принялся мыть и чистить остальные овощи.
Выходило у него ужасно, но брат старался.
Льюис продолжал стоять пнем.
Из-под стола выглянули две кошачьи мордочки и издали жалобный вопль погибающего с голоду зверя.
— Точно! — будущий ампиратор отмер и понесся в погреб.
Скрипнула крышка.
— Можете соображать когда надо, — негромко произнес ему вслед Вегарт. — Юниль, бери чистую миску и вбивай в нее яйца…
— Я сделаю… — Спохватившись, привстала.
— Нет, — тяжелая рука опустилась на моё плечо. — Ты будешь сидеть. Руни, принеси ей какой-нибудь теплый платок на плечи. В постель мы её всё равно не уложим. Так что хоть согреем.
Брат кивнул и, вытерев руки, скрылся вслед за Льюисом.
Вегарт усмехнулся такой прыти и принялся дочищать картофель. Получалось у него куда быстрее и лучше. Тонкие очистки падали на дно плошки. Стыдно признаться, но у меня выходило толще. Курам на радость, а нам на разоренье.
Юниль же с важным видом поставила на стол глубокую миску. Вытащила яйцо из корзины и не успела я и рта раскрыть, как она шарахнула по нему ложкой. Ожидаемо на дне чашки оказался и желток, и белок, и скорлупа.
— Ой, — она недоуменно захлопала ресничками.
— Ну вот, — Вегарт оставил картофель и подошел к ней. — А ты ребят дурнями называла. А оно, оказывается, непросто. Да, доченька? И яички сначала вымыть нужно было, они грязные. И бить умеючи надо. А так испорчено всё.
Она расстроилась. К тому же ещё и устыдилась. Глаза заблестели от накативших слез. Я растерялась. Привстала, но меня опять мягко усадили на лавку.
— Это сложно, Юниль, делать то, чего не умеешь. Ещё и думая, что всё легко и просто, — продолжал объяснять ей Вегарт. — Вот и Льюис с Руни полагали, что воды залили, крупы насыпали. И нечего ещё маленьких девочек слушать. А нет. Видишь, как оно получается.
— Я не хотела, — она слезла с табуретки и подбежала ко мне. Забралась на лавку и обняла. — Мама, ты же всегда так делаешь. И Амма.
— Да, — я закивала. — Но первые мои разбитые яички выглядели именно так, милая. Вынимай оттуда скорлупу. Мой после и яйца, и руки. А то, что в миске — котикам нашим на радость. Будешь ещё мальчиками командовать?
— Нет, — её щёки покраснели от стыда. — Только не рассказывайте им. Высмеют.
Подняв голову, я заметила в проеме Льюиса. Кивнув мне, он медленно, чтобы не шуметь, попятился. А после и вовсе приложил палец к губам.
