Дни нашей жизни

Лучше бы не приходил…

– Не буду! – возмутился я.

– Почему?

– Все будут смеяться надо мной, если узнают, что я его позвал!

– Он что, изгой?

Я не знал, что значит «изгой», но звучало слово неприятно и вполне подходило Антону, так что я сказал, что да.

– Тогда тем более позови, – настаивал Лев.

– Зачем?

– Затем, что его никто никуда не зовет. И дома бьют. Не сочувствуешь?

– Не сочувствую! – жестко ответил я.

– Ну, очень жаль, что ты такой, – просто ответил Лев и вышел из комнаты.

Я его терпеть за это не мог. За эти фразочки, которые заставляют чувствовать себя прескверно. Лучше бы он кричал или ругался.

Когда я не смог решить задачу по математике, он сказал: «Хорошо. В конце концов, не всем людей лечить, кому-то надо и заборы красить». И точно так же спокойно вышел. А я до сих пор, спустя много лет, чувствую себя абсолютным тупицей.

Около часа я пытался заключить сделку с совестью, убеждая себя, что совершенно ничего Антону не должен. Я слышал, как Слава вполголоса говорит Льву то же самое:

– Ты вынуждаешь его подставить самого себя.

Куда больше мне хотелось согласиться со Славой. Я что, Иисус Христос, чтобы за других мучиться? Про Иисуса мне, кстати, бабушка рассказала.

Лев отвечал Славе, что Антон может оказаться очень интересным человеком, с которым захочется дружить. Он это так громко говорил, что, наверное, обращался не к Славе, а ко мне.

В конце концов я составил список из четырех гостей: Лена, Антон и близнецы Игорь и Кирилл. Последних я добавил, потому что, во-первых, хотел побольше подарков; во-вторых, они, как и я, никогда Антона не трогали; и, в-третьих, они забавные, и мы болтали целых четыре раза.

Мой день рождения выпал на пятницу, но ребят мы позвали на субботу. В пятницу я получил от родителей книгу про капитана Врунгеля, радиоуправляемую машинку и постер Queen (увидев его однажды в каком-то ларьке в метро, я разнылся, что хочу такой себе). Как позже оказалось, этот постер стал первым в моем импровизированном иконостасе с Queen, который я обустроил на стене в своей комнате.

Праздновать в субботу мы решили потому, что Льва не было дома: в этот день он дежурил в больнице. Мы украсили мою комнату шариками и бумажной гирляндой с надписью: «С днем рождения», а потом я наблюдал, как Слава убирает с полок наши совместные фотографии со Львом. От этого зрелища мне стало совсем тоскливо.

Еще Слава забрал с моего стола радужный флажок.

– А его зачем? – возмутился я.

– На всякий случай. Вдруг кто-то из детей или родителей прошарен.

Я не понял, в чем «прошарен», но смирился."

"Первым из гостей пришел Антон. Его привел тот самый отец-психопат. Папа Антона оказался похож на байкера: с длинными волосами, в татуировках и косухе. На самом деле вид у него был довольно пугающий.