5
0
- А, - обернулась и налетела на Тима – тот как бы, голый, двинулся за мной. Ладошкой уперлась в его широкую грудь. – В спальне горничных одежда.
- Я принесу, - вызвался Севастиан и натянул брюки. Тоже босой, растрепанный, с расстегнутым ремнем, он вышел из спальни.
Только дурак не поймет, чем он всю ночь занимался.
Все всё слышали.
Мне плевать.
Это того стоило.
- Иди пока ко мне, - Тим поймал в объятия, едва дверь закрылась. Рывком оторвал меня от пола и в секунду уложил на кровать.
- Ну нет, - хихикнула и схватилась за полотенце, не давая содрать его с меня."
"- Ну да, – он улыбается, и это веселье даже в глазах у него, наши лица напротив, он подмял меня под себя.
- А ты?
Любуюсь им.
И чувствую, как его ладонь настойчиво лезет под полотенце.
- Только поцелую, - шепнул он в губы. Раскинул в стороны полы и отжался на руках, скользнул вниз и развел мои ноги.
- Болит немножко, - тоже шепнула и вздрогнула, когда он языком коснулся натертых складок.
- Представляю, моя девочка, - он лизнул. Осторожно, без нажима, царапнул гладкий лобок проступившей щетиной.
Откинула голову, и мокрые волосы разметались по подушке. Согнула ноги в коленях и бедрами придвинулась навстречу его губам.
Он ласкает меня с таким упоением, взаимностью мне отвечает за эту ночь, ему нравится, и меня от мысли этой потряхивает. Он зализывает то, что они так жестко взяли, словно вылечить пытается, и я расслабляюсь.
Раскинула в стороны руки.
- Останешься со мной? – спросил он глухо, с трудом расслышала.
Скрипнула дверь, и в спальню шагнул Севастиан с пакетами.
- Нормально, - поймал он мой взгляд и усмехнулся.
Уперлась ладонью в голову Тима, отодвигая. Сжала ноги и подтянула сползшее с груди полотенце.
- Нельзя так грубо отвергать мужчину, Рита, - Тим провел большим пальцем по блестящим от моего сока губам. – Запомни.
- А то что? – сгребла пакет с одеждой и спрыгнула с постели.
- Просто прими, как факт, - он притянул меня к себе. – Я старше. Умнее. А тебя еще надо воспитывать.
- Воспитай Севастиана, - вырвалась и, шлепая босыми пятками, забежала в ванную. Оттуда добавила. – Или свою Розу Яковлевну.
Захлопнула дверь перед его лицом и снова захихикала.
Натянула чистые трусики из нового комплекта, тонкие колготки и вязаное платье. Зубами оторвала этикетки. Пальцами расчесала волосы.
Глянула на себя в зеркало.
Другое дело. В нормальной одежде, которая от их развратной формы горничной отличается – я себя увереннее чувствую.
В зеркале снова я.
Меня всю неделю заставляли их дом убирать и заниматься с проститутками танцами, растяжкой, массажем, бог знает чем.
А я слишком быстро простила, размякла в их объятиях.
