5
0
Плавно вошел в меня, легко скользнул глубже, рывком усадил на твердый ствол, заставляя вскрикнуть.
- Ошиблась, Рита. Я не боже, - усмехнулся он и прикусил мочку уха. – Бери ниже.
- В аду поищи, - Севастиан стоит на коленях, рядом.
И смотрит туда, на мои ноги, которые подхватил его брат. Тим развел их в стороны, вынуждая меня открыться, он показывает брату.
Как входит в меня.
У младшего Северского глаза горят, одной рукой он сжимает напряженный блестящий член.
Если этой ночью не вспыхнет под нами огонь и не сожжет нас – я, правда, поверю, что два монстра за мной поднялись сюда – и вот я в их лапах.
- Нравится? – Тим борцовским захватом обнял меня за шею, увлекая к себе.
Спиной легла на его грудь.
И охнула, когда руки Севастиана коснулись моих разведенных бедер. Он раскрыл меня сильнее, для себя.
И в мокрые складки уперся второй ствол.
Гладкая головка с нажимом толкнулась мне внутрь.
- Нет, - вскрикнула.
- Мы осторожно, Рита, - Севастиан неотрывно смотрит мне в глаза. Они оба держат меня, не давая вывернуться.
Лежу.
И от страха схожу с ума."
"Во мне уже есть один член. И я ощущаю каждый миллиметр второго, как он медленно протискивается в меня, как плавно растягивает.
- Нет! – взвизгнула и вцепилась в плечи Севастиана. – Убери, убери.
- Чего ты боишься, крошка? Это не больно.
Я боли не чувствую, но меня изнутри распирает, так невозможно, так туго, так горячо.
Вдвоем в меня – это где-то за гранью, так страшно, что хочется орать на весь дом.
- Не надо, - выдавила сквозь стоны и откинула голову на плечо Тима. – Что вы творите…
- Рита, не нравится? – шепнул Тим. Он замер во мне, не двигается. Но Севастиан проталкивается глубже, и у меня глаза на лоб лезут.
Дернулась, когда Севастиан толкнулся еще глубже. Представила, как они вдвоем будут во мне двигаться, напористо и быстро - и закричала.
- Нет, убери!
- Трусиха.
Севастиан заткнул мне рот своим языком. Ощутила, как он осторожно назад двинулся, из меня.
- Ты зря думаешь, что если по очереди тебя трахать – будет не так жестко, - усмехнулся он мне в губы и отстранился.
В доказательство его слов Тим обвил рукой мою талию, фиксируя на себе.
И спальня зашаталась у меня перед глазами.
Меня трахают.
Толчки быстрые, громкие, его хватка мертвая, словно он меня теперь не отпустит. Он вколачивается, с такой дикостью, с голодом, словно женщин других не видел никогда.
Растеклась по нему и лишь кричать могу, в это грубое удовольствие провалилась, как в пропасть.
- Еще! – с трудом схватилась за спинку кровати. Она врезалась в стену, прижав мне пальцы, и боль, как цветок распустилась, красивый и ядовитый.
Мне мучительно сладко.
