1
0
— Глупости не говори, — фыркает она. — Я не нуждаюсь, сын, слава богу, помогает, а найти приличного жильца не просто. Что там у тебя случилось? Почти любому горю можно помочь… У тебя пудра на носу.
— Ну, значит, не сдавайте, — увиливая от ответа, бурчу я и детским жестом тру нос. — Целее будет.
Тамара Львовна хмыкает:
— Вот уж нет. В доме должен кто-то жить, иначе там все начинает рассыпаться за пару месяцев.
Да… Я — сломанный ящик с битой посудой в заброшенном доме. Вот теперь максимально точное сравнение.
Сладкий творог с ванилином во рту горчит, норовя комом застрять в горле.
— Ингуш, я вижу, ты хорошая девочка. Не надо прятаться. Я не стану хуже относиться к тебе. У меня у самой внучка бедовая. Про таких говорят: «В поле — ветер, в попе — дым». Ей недавно очень помогли, думаю, будет здорово, если я смогу помочь тебе. Вернуть долг за мою дурищу.
Крупные слезы капают мне на пальцы, держащие тонкую гнутую ручку чашки.
Немного помолчав, я пытаюсь объяснить Тамаре Львовне в чем проблема, не уходя в детали, но эмоции прорывает, как будто рушится внутренний блок.
Говорю все быстрее и сбивчивее, потому что горло давит спазмом, и я понимаю, что еще немного, и я не смогу выдавить из себя ни слова.
Стараюсь обойтись общими словами, не выкладывать наболее личного. Только самое нужное.
Тамара Львовна ничем не сможет мне помочь, но хоть выговориться смогу, пусть и не до конца.
Теперь, когда у меня нет Жанки, возможно, мне вообще не с кем поговорить.
Только добрая женщина намного сообразительнее, чем я думаю.
— Все дело в том мальчике, да? Гореловском сыне? — участливо спрашивает она.
— Откуда вы знаете? — от удивления я перестаю всхлипывать.
— Мой Никон, — ласково и немного печально поясняет Тамара Львовна. — Я видела, что раньше он часто приезжал. Кто в нашем городе не знает семью Гореловых? Раньше их по телеку часто показывали. Мальчишка частенько представлял область на соревнованиях, все надеялись, что он не станет такой скотиной, как отец.
Я вскидываюсь, готовая защищать Демона. Никакая он не скотина!
И сникаю.
— Я просто не хочу его больше видеть. Не могу. Это звучит глупо и инфантильно, как у тринадцатилетнего подростка, но я не выдержу.
— Если дело только в этом, то я могу тебе помочь, детка.
Глава 29
Инга
Все еще не веря, что это правда, что у меня появилась возможность заползти в нору, чтобы зализать свои раны, я собираю вещи.
У меня их не так много.
Съемная жилье не особо располагает к накопительству.
Весь уют моему временному жилищу обеспечивает родная обстановка квартиры и несколько мелочей, приобретенных мной за четыре года.
Таких, как это пушистый плед, как эта ваза в виде винтажной лабораторной пробирки, как эта рамочка для фотографий… в которой фотографии теперь нет.
