9
0Рёв дикого, необузданного зверя. Мне не по себе, когда я вижу Леона таким разъяренным. Да, такое бывает. Человек – настроение. Он будто оборотень. И сегодня его лучше не злить. Потому что тот парень, явно что-то натворил."
"Я подкрадываюсь к проходу, ведущему в комнату, из которой льётся слабый свет, чуть выглядываю из-за угла и вижу настолько жуткую картину, от которой едва ли не падаю мертвым кулем лицом вниз. Леон стоит спиной ко мне, по бокам от Леона – его верные подданные. Втроем они стоят ко мне спиной, а «лысый пленник» – лицом. Молит их о чем-то, оправдывается, стоя на коленях со связанными руками. Я пытаюсь прислушаться к речи. Кое-что всё-таки понимаю.
– Sì, è lui… un traditore. Cento per cento. Hai visto le registrazioni dalle telecamere, – грозно молвит один их подельников своему главарю.
Моретти молчит. Пять секунд, он бросает короткий взгляд на собеседника и кивает, чеканя два коротких слова по-русски:
– Кончай его.
Один из амбалов шуршит одеждой. Я слышу щелчок и понимаю, что мне нужно зажмуриться.
Бах!
Выстрел. Хлопок. Эхом бьют по стенам подвала. Я зажимаю руками рот, впиваюсь зубами в собственную ладонь, глотая вопль ужаса, когда вижу, как тело стоящего на коленях человека бездыханным мешком падает на пол. Пять секунд. Убийственная тишина. После которой следует холодный приказ:
– Избавьтесь от грязи. И запомните! Так будет с каждым. С КАЖДЫМ, кто посмеет перейти дорогу Моретти. Никто не станет исключением. Никто. Даже родная мать, царствие ей небесное.
Подданные молча кивают, а я пулей несусь обратно к лестнице, бегу с сумасшедшей скоростью в свою комнату. Быстро срываю с себя одежду и запираюсь в душе. Включаю холодную воду, падаю на колени на пол в душевой, обхватываю руками свои трясущиеся плечи и реву, реву, реву, захлёбываясь в немом крике.
«Никто не станет исключением. Никто».
Теперь я на все сто процентов уверена, что Леон никакой не бизнесмен. Он страшный человек. Он… бандит и преступник. Я в этом только что убедилась. Поэтому мне его ничуть не жаль. И я не буду жалеть о том, что я рушу его бизнес, крошу его планы в песок, игнорируя клич совести. Моретти надо бояться. Но ни в коем случае не жалеть. Он заслуживает того, что я делаю против него. Пусть его бизнес рухнет к чертям! Как и сам он. Провалится в ад. Туда, где ему самое место. Ведь убийца… Должен. Быть. Наказан.
* * *Я никак не могу найти в себе сил и смелости, чтобы выползти из душа. Горячая вода успокаивает. Внезапно, я слышу, как хлопает дверь в спальне, после звучит хриплый, явно недовольный голос хозяина этого дома:
– Клубника, ты где? Ты мне нужна! Срочно!
Ох, нет. Когда он говорит мне «Клубника» это значит одно – он, либо зол, либо чем-то недоволен. По интонации в стальном баритоне мужчины и по тому, что произошло совсем недавно, я понимаю зачем он сюда явился.
