1
0Мы втроём врываемся дальше, не останавливаясь, шагаем по обугленным и разрубленным телам, которые всё ещё стонут под ногами.
Следующий коридор встречает нас густой тьмой, вязкой, как деготь. Оранж выпускает пламя, освещая путь рыжими отблесками. Хотя в освещении нуждается только лорд. Грандбомж, как и я, прекрасно видит в темноте. Я выскальзываю вперёд, захожу за оцарапанную колонну — и сталкиваюсь лицом к лицу с Демоном. Худой, лощёный, с болезненной бледностью, как у отброшек с окраины. Руки заканчиваются большими тупыми клешнями. В правой клешне мерцает связь-артефакт, и из кристалла доносится рычащий голос:
— Ты видишь их?
Отброшка бросает на меня очумелый взгляд, моя поощряющая улыбка и когти — и он бормочет в кристалл:
— Нет, никого не вижу, — и вырубает артефакт нажатием.
Я усмехаюсь, чуть киваю ему:
— Молодец, отброшка. И что ты должен сделать с нами, когда увидишь?
За моей спиной уже вырос Оранж в огненном доспехе и Грандбомж, окутанный кровавыми щупами. С крылатого лорда я скинул иллюзию — нечего расходовать энергию, и он предстаёт в своём облике.
— Да я есть уборщик, господин Лорд-Демон, — бормочет отброшка.
— Но нас тебя послали всё-таки, несмотря на клешни.
— Как пушечное мясо — увидеть, сообщить и умереть от ваших замечательных острых когтей…
— Что ты убираешь?
— Господин?
— Ты сказал, что ты уборщик, — не теряя времени, забираю у отброшки связь-артефакт. Это не привычное мне устройство, которое не контачит в Прорыве, а какой-то большой засушенный жук.
— Я просто очищаю башню: у нас целая система канализации. Сами же знаете — здесь даже дерьмо оживает. «Демоны воды» наполняют гигантские трубы, а я после слива спускаюсь на канате в трубы и прочищаю стены этими клешнями от всяких прилипших дерьмотварей.
Он вытягивает вперёд свои тупые и неуклюжие отростки, словно хочет доказать беспомощность.
— Могу ли я рассчитывать на снисхождение? — блеет он.
Оранж хмыкает презрительно.
— А ты всю башню излазил? — спрашиваю я, игнорируя лорда.
— Приходилось, — отвечает он почти с тоской. — Но на последних этажах почти не был.
— Ты видел сад наверху?
— Нет, я же не садовник, я трубочист.
— И пурпурную киксу никогда не пробовал? — со скукой осматриваю его энергосетку.
— Как можно! Бигшер только избранную гвардию подпускает к травке. Вам не за что на меня сердиться, Лорд-Демон. Я всего лишь подневольный раб.
— А где херувимка?
Демон сразу опускает взгляд, голос у него становится тише:
— Под завалами.
