Сборник \

Сейчас только вот озадачу Верочку, пусть нам тут все организует, как положено.

Димка уехал через час. Проводив его, мы с Яковлевым вернулись в дом.

— Товарищ генерал-лейтенант, можно с личной просьбой обратиться?

— Да ради бога! А в чем дело, Александр Сергеевич? Вам что-то нужно?

— Что теперь будет с этими мерзюками? — кивнул я на папку с Димкиными документами.

— Ну, с кем-то мы еще и поработаем, а основных фигурантов пора, по-моему, и за заднее место уже брать. Мелочовку в МУР передадим, там на них уже и без нас, наверное, целое досье имеется. А с таким подкреплением, как эти материалы, сядут крепко.

— С теми, кто лично меня обидеть пытался, я уже поквитался. Но вот с тем, кто всю эту шелупонь направил, очень бы хотелось лично пообщаться…

— Это с Генрихом-то? Или с папой?"

"— Папочку его я не видел, и личной неприязни к нему нет. Хотя в зубы ему при встрече закатал бы с удовольствием. Для него это бизнес — Родиной торговать. Он, поди, и всерьез считает, что ничего особенного не совершил. А вот с сыночком я очень даже душевно бы поговорил…

— Не знаю, не знаю… Рисковать вашей жизнью как-то вот нету у меня желания.

— Да какой тут риск, товарищ генерал-лейтенант?! Я этого сопляка в бараний рог сверну! И не чихнет, просто не сумеет! Да и ребята ваши, — я указал на дверь, — рядом будут, если что…

— Посмотрим. Я тут прикину, что к чему. Пару дней вам обождать придется. Там видно будет.

— Виктор Петрович! Вы не сомневайтесь, все будет, как положено! Я вам его в упаковке, ленточкой перевязанного, принесу. И к разговору вполне готовым.

— Да уж! — Яковлев улыбнулся. — Вот насчет ленточки, пожалуй, перебор. А то я себе на секунду представил это зрелище, по-моему, слишком.

— Не дойдет, так доползет!

— Ладно, посмотрим еще. Отдыхайте, пока время есть. Тренировки продолжайте, ребята о них очень положительно отзываются, говорят, много для себя полезного узнали.

Мы вышли из дома, попрощались, и генерал сел в машину. Димкину папку он увез с собой.

Глава 17

На следующий день я с нетерпением дожидался вечера и окончания всех медицинских процедур. Очень уж меня занимала идея ""дружеского"" разговора с Генрихом. Мое нетерпение, казалось, передалось и сопровождающим.

— Ну, как? Спарринг?

— Давайте, Александр Сергеевич. Вон пускай сегодня Володя с вами поработает. Ему подтянуться надо, запаздывать что-то стал.

— Нет, Антон. Сегодня давай мне еще кого-нибудь, одного оппонента мало будет.

— Вот даже как? Ну, тогда и я, если не возражаете, выйду.