9
0- хрипло выдохнул он.
И тут же подхватил ее, прижал к себе, забирая поочередно то одну, то другую грудь в рот и оглаживая спину ладонями. А когда стал прикусывать кожу, она уже просто не выдержала. Ахнула, стиснула руками его голову, чувствуя, как сладко тянет и наливается влагой все внизу.
- Потерпи... я сейчас... - Дыхание жаркое, заставляет вздрагивать, обжигает кожу. - Ничего не будет... Просто... дай мне подарить тебе это.
Уложил ее, стянул окончательно остатки одежды. Ей хотелось кричать, было стыдно, что вся раскрыта перед ним, но бедра свести уже было невозможно.
- Вишенка моя сладкая.
Она все-таки кричала.
Ничего не было. Но теперь она во всех смыслах была его.
глава 37
Она была ЕГО. И все же он не перешел последнюю черту.
Но Саха не чувствовал себя обделенным. Было что-то в том, чтобы отказывая себе, дать ей все. Какое-то трепетное, жаркое чувство. Ему хотелось носить ее на руках, баловать.
Наверное, так и должно быть. И пусть обряд не пошел, черт с ним, с обрядом.
Как же хорошо он понимал старшего брата. Ведь Далгет мог бы взять Леру в первую же ночь. Но он не стал, а дал расцвести чувству. Несмотря на то, что его нещадно давили обстоятельства, а дом был полон врагов.
""Чего хочешь, ИматАани? Скажи, и я дам тебе это"".
То же самое он ощущал сейчас, когда держал ее в объятиях, разомлевшую от ласк, сонную, и думал:
""Скажи мне, чего ты хочешь, и я дам тебе это. Я дам больше! Только будь со мной"".
Маленькая, смешная, добрая. Вишенка...
Он хотел просто еще немного полежать с ней рядом. Просто немного...
И сам не заметил, как уснул.
Проснулся внезапно. Открыл глаза, глянул на часы и чертыхнулся. Почти пять. Конспиратор хренов, еще немного проспал бы, и так бы его тут и застали. Потом еще вспомнил, что он же собирался разведать обстановку в доме. Вообще стало досадно.
Быстро оделся и переместился порталом в дом.
Вокруг еще было темно, горели фонари. Свет в дом проникал только снаружи. Саха замер посреди гостиной, отпуская свою магию.
В доме ощущалось постороннее присутствие.
Где-то рядом, вот прямо здесь. У него от странного предчувствия аж по спине побежали мурашки, и непроизвольно отрасли когти.
Однако не успел Саха шевельнуться, как в воздухе зажегся небольшой легкий светляк, а на диване, прямо напротив нег, проявился Инар.
- Остынь, брат. И маникюрчик свой спрячь.
- Иди ты, - с досадой буркнул Саха, убирая когти. - Давно ты здесь?
А тот удобнее уселся на диване и лениво протянул:
- Да с самого начала. По твоей роже было видно, какой из тебя сторож.
Можно было возразить, что сторож из него нормальный, но Саха не стал. Вместо этого он спросил:
- Нашел что-нибудь?
- Ага. Нашел.
